Книга Неос, страница 109 – Ян Бадевский

— Мы обходим стороной конструкт этого козла, — сообщил оператор, настраивающий подключение. — Он творит там всё, что захочет.

Начальник тюрьмы отошел в сторону.

— И вы ему позволяете? — удивился руководитель Департамента.

— Выбора нет, — техник пожал плечами. — Сбежать он не может. Но взламывает любые коды, меняет настройки, редактирует вселенную. Пробовали менять конструкты — не помогает. Единственное, до чего он не может дотянуться, — это пороги чувствительности.

— Что радует, — буркнул Колосовский.

— Еще как.

Шеф ДБЗ устроился на ложементе и отдал своим имплантам мысленный приказ снять блокировку. Пришлось запустить специальный протокол для тюремной локалки. И смириться с трансляцией телеметрии на консоль оператора. Необходимая мера предосторожности, как ему объяснили.

Технический бокс растворился в вихре изменений.

Тимур сумел дожить до планетарных боев.

И несказанно этим гордился.

Сутки в тренировочных конструктах растянулись до сорока восьми часов. Капитан сказал, что мера временная, и это связано с оттачиванием текущей стратегии. Текущей, потому что будут и другие варианты. Например, бомбардировка релятивистскими снарядами планеты, на которой будут обнаружены следы деятельности чужих.

Для атмосферы Тимуру приходилось отращивать крылья, обтекатели и заостренный клюв, в котором размещались органы управления «возмездием». Тестировались сражения на орбите газового гиганта, у поверхности которого предположительно содержался жидкий водород. Атмосфера состояла из водорода почти на восемьдесят процентов, остальное приходится на аммиак, метан и гелий. Размерами этот мир лишь незначительно уступал Юпитеру. Неосы системой не интересовались, поскольку там отсутствовала разумная жизнь.

Истребители тшу напоминали заостренные в центре изгиба бумеранги и были чрезвычайно опасны. Воевали пришельцы даже не звеньями, а целыми роями, непостижимым образом координируя атаки на разных направлениях. Рой перестраивался в зависимости от боевой обстановки. Менял концентрацию единиц при необходимости. Вас могут проигнорировать, говорил инструктор на брифинге, а могут обрушить на одно звено всю боевую мощь, если посчитают нужным.

Сражаться приходилось в кольцевых завихрениях, прижатых к экватору. Видимость близка к нулевой, вот только удаленному пилоту на это плевать. Есть датчики и радары. Электронный мозг истребителя собирает информацию из разных источников и формирует проекцию в голове оператора. Вы воспринимаете общую картину так, словно пользуетесь собственными органами чувств.

Тимур начал привыкать к многочисленным смертям.

Удаленные боевые операторы создали уникальную философию, отдаленно напоминавшую воззрения самураев средневековой Японии. Смерти не избежать, поэтому к ней надо относиться спокойно. Принять и полюбить. Смерть — это перезагрузка. Новые возможности, самосовершенствование. В этом и крылось главное отличие путей пилотов и воинов с изогнутыми катанами. Последние верили, что уходят из мира навсегда. Первые рассматривали виртуальную смерть как точку сохранения в бесконечной игре.

— Хрень собачья, — сказала Кэри, ловко орудуя палочками для еды в тайской закусочной Иштар-Сити. Им подали какую-то непонятную, но жутко вкусную лапшу в глубоких мисочках. — Это же не настоящая смерть. Мы не можем сравнивать, потому что никто не заглядывал за грань.