Книга Вторая жизнь барышни Софьи продолжается, страница 39 – Нинель Мягкова

— Экономично, — оценил господин Воронцовский. — Я так понимаю, у вас план уже расписан шагов на десять вперед?

— Пожалуй, подальше, — хмыкнула я.

— Похвальная предусмотрительность. А с земельными участками вы уже определились? Возможно, я бы вам что-нибудь уступил?

Ну вот, начинается. От старых привычек так просто не избавиться. Сейчас патриарх ненавязчиво попытается втянуть меня в договор аренды на долгий срок, а лет через пятьдесят, когда он истечет, потомки откажутся продлевать, тем самым приобретя весь комплекс по закону и практически бесплатно.

Возможно, восторженная провинциальная барышня, не умеющая смотреть в будущее, и купилась бы. Но не я.

— Я присматриваюсь, — уклончиво вильнула я. — Хочу купить участок без утяжеления в виде болотистой местности или спорной собственности.

В договоре будут указаны только два имени — мое и господина Сташевского. Больше никого в официальную долю я брать не осмелюсь. И хлыщу-то не особо доверяю, но деваться некуда. Таких денег у меня нет.

Патриарх покивал с одобрением. Вряд ли он всерьез собирался бороться со мной за территорию — и так пол-Унгура скупил. В накладе не останется. Но в очередной раз видеть, что я понимаю, о чем говорю и что делаю, ему явно приятно.

Вновь доказывает, что не с пустоголовой барышней сделку заключил, а с той, что отличает выгоду от убытка.

— А как ваши торговые дела? — как могла обтекаемо уточнила я, косясь в сторону Розалии.

До какой степени ее погрузили в романтичную атмосферу контрабанды, я не знала, потому подстраховывалась.

— Перераспределяем пути доставки. Кстати, вы в прошлую беседу упомянули неких ребят. Томаш и Войцех, кажется? Неплохие парни, ответственные, физически сильные, — якобы невзначай бросил патриарх. — Пожалуй, они отлично справятся с погрузкой и транспортировкой товаров. Особенно с ценными объектами, к которым нужно самое бережное отношение.

И взглянул на меня так, что желание задавать уточняющие вопросы за столом отпало тут же. Ясно, что Розалии про оружие не сообщали, пусть оно так и остается. Меньше народу знает об этом рискованном деле — легче с ним завязать.

Да и не о чем спрашивать, собственно, все понятно. Господин Воронцовский нашел подходящих кандидатов на роль козлов отпущения и тактично мне об этом сообщил.

Груз с оружием кто-то должен сопровождать. Если стражи порядка обнаружат ящики в чистом поле, это не вызовет особого ажиотажа. А вот накрыть контрабанду в процессе — тут однозначный скандал и громкое расследование.

Наверное, я должна была испытывать сочувствие и терзаться муками совести, хладнокровно отправляя на верную каторгу двух малолетних идиотов. Но в душе ничто не шевельнулось. Слишком сильной была обида на дурных подростков, позарившихся на легкие деньги и подло предавших свою благодетельницу. Если бы не моя предусмотрительность, быть им в столь юном возрасте убийцами. А так отбрехаться сумеют, если не совсем дураки. Ведать не ведали, что везут, всего лишь исполняли поручение. Срок получат, конечно, но не слишком большой. Парни они крепкие, вернутся года через два с каторги возмужавшими и, возможно, даже поумневшими.

На многое я бы не рассчитывала, в особенности на благодарность. Возненавидят, как пить дать. Но к тому моменту наше совместное с Воронцовскими предприятие должно развернуться в полную мощь. Патриарх должен вскорости осознать, что от меня живой ему больше пользы, чем от мертвой, и защищать всеми силами. В том числе от мелких сошек.