Книга Отпечаток на бархате, страница 2 – Карен Одден

Мистер Винсент стоял за столом, на котором лежали три аккуратные стопки папок, а рядом с бронзовой чернильницей — две ручки, строго параллельно друг другу. В этом кабинете никого и никогда не просили присесть, поскольку беседы, как правило, оказывались весьма лаконичными. Кстати сказать, в кабинете Корравана я тоже ни разу не сел: и стол, и стулья там были завалены бумагами и папками. Если честно, мой стол в общем кабинете выглядел немногим лучше. Мы работали на износ, расследуя по меньшей мере по два десятка дел каждый. Надеялись, что положительный результат вернет нам доверие общества.

Мистер Винсент передвинул по столу документ, развернув его к Корравану.

— Прошлой ночью кто-то убил лондонского ювелира и ограбил его магазин.

— На Хаттон-Гарден, сэр? — уточнил я.

Местечко находилось в районе Холборна, где держали лавки многочисленные ювелиры и часовщики.

— Именно. Речь о ювелирной лавке Атертона на Сент-кросс-стрит. Знакомо вам название?

Я покачал головой, и мистер Винсент повернулся к Корравану.

— Разбитое окно обнаружил патрульный констебль. Ювелир был застрелен, однако его супруга жива, она в больнице. Полисмены из участка Холборна сейчас на месте преступления, послали за санитарами из морга. — Он откашлялся. — Полагаю, ценностей похищено на приличную сумму, стало быть, нам придется включиться в расследование.

Корраван поджал губы при слове «нам» — естественно, Винсент не собирался нас сопровождать, — и все же, кивнув, спрятал документ в потрепанный блокнот с оторванной обложкой. Я ощутил неудовольствие Винсента из-за такой вопиющей неряшливости. Корраван явно его провоцировал, от чего получал большое удовольствие. Я постарался скрыть улыбку. Они были ровесниками, оба умны, наблюдательны и полны решимости восстановить репутацию Скотланд-Ярда, хотя, скорее всего, и тот, и другой в один голос заявили бы, что между ними нет ничего общего.

* * *

— Что ж, Стайлз, проведете для меня сегодня урок истории? — бросил Корраван, когда мы, раскрыв зонты, вышли на Стрэнд и двинулись в восточном направлении.

Я с досадой покосился в его сторону. На прошлой неделе я между делом упомянул любопытный факт: Мургейтские ворота — единственные из семи в исторической лондонской стене, относящиеся к средневековому периоду, а не к римской эпохе. Корраван тогда язвительно усмехнулся и пробормотал что-то насчет бесполезных обрывков знаний истории, засевших в моей голове.

— Ну, валяйте, — подначил меня он, обходя кучу протухших овощей, гниющих в грязной луже. — Я в настроении послушать что-нибудь этакое. Расскажите, что вам известно о Хаттон-Гардене. Время у нас есть.

Собравшись с мыслями, я подчинился.

— В семидесятых годах XVI века, когда сэр Кристофер Рен был лордом-канцлером при королеве Елизавете, она завещала ему этот район в награду за верную службу. Семья сэра Кристофера построила здесь несколько огромных домов. С годами часть помещений продали богатым купцам, и к началу нашего века Хаттон-Гарден стал известен как ювелирный квартал. Разумеется, такие есть во многих городах. Во Флоренции, к примеру, немало ювелирных лавок на Понте-Веккьо, старом мосте через реку Арно.

Мы отскочили в сторону, пропуская двуколку, и я продолжил:

— Любопытно, как все развивалось. Сперва лавки на флорентийском мосту занимали мясники, однако во время эпохи Возрождения один из представителей династии Медичи распорядился передать их ювелирам, поскольку поверху проходил тайный ход из дворца в присутственное место, и Медичи не устраивали запахи.