Книга Под скорбной луной, страница 55 – Карен Одден

Я едва сдержался, чтобы не ляпнуть: похоже, катастрофа на реке — на самом деле второй эпизод, а то и третий, если учесть происшествие в Ситтингборне и случаи насилия в Уайтчепеле.

Хотя… вдруг все эти события совпали по времени по воле случая?

Вполне возможно, однако лорд Бейнс-Хилл мыслит верно: планы и методы Братства эволюционируют. В Клеркенуэлле бомбисты допустили целую череду нелепых ошибок. Не там заложили динамит, не сумели подорвать тюремную стену. В «Мейфэре» же акция была исполнена практически безупречно — четыре заряда были спрятаны в каждом из углов здания театра. Пусть одна из бомб и не сработала, зато три остальных взорвались в течение минуты, вызвав паническое бегство публики к выходу. В итоге сорок человек погибло и сотни пострадали. Я не сомневался, что за прошедшие годы Братство стало более искусным в подготовке террористических актов, научилось лучше планировать и претворять свои идеи в жизнь.

Мне вспомнился погибший в Саутворке лоцман, и на душе стало тревожно. Что, если я заблуждаюсь? Вдруг его убили намеренно, чтобы посадить Конвея на «Замок Байуэлл»? Неужели убийцы хотели поставить у штурвала ирландца, члена Братства?

— Майкл, что случилось? Ты побелел, словно простыня…

Встретившись с Бел взглядом, я постарался обуздать свою фантазию. Не стоит видеть заговор там, где имеет место обычное совпадение. И все же…

Она придвинулась, изучая мое лицо.

— Ты уже предполагал, что это дело рук Братства, правда, Майкл?

Я сглотнул ком в горле.

— Если забыть об ирландце Конвее на борту «Замка», то никаких доказательств тому нет. И я не намерен считать Конвея членом Братства и виновным в крушении до тех пор, пока с ним не переговорю. Хоть бы он наконец объявился… — тяжело вздохнул я.

Белинда слушала молча.

— Возможно, газетчики правы и лоцман действительно был пьян. Но… если Конвей — участник заговора, то какой в этом смысл?

— Вряд ли бы он тогда напился, — согласилась Бел.

— Кроме того, Луби пока и словом не обмолвился насчет «Принцессы».

Я припомнил рассказ Винсента о том, что Луби после Эдинбурга заявил: хватит слов, переходим к делу.

— Я понимаю, что тебе ненавистна сама мысль об участии ирландцев в последних событиях. — Белинда потеребила краешек простыни. — Кстати, я так не думаю. По-моему, будь Братство причастно к крушению «Принцессы Алисы», оно уже взяло бы на себя ответственность. Зачем им хранить молчание? Но… что, если тут действовала другая группа? Вдруг конкурент судоходной компании, который хочет перехватить у нее экскурсионные туры? Или, например, на борту были конкретные люди, которых и пытались убить таким образом?

Я пожал плечами.

— Кроме того, — добавила Бел, — не факт, что «Принцесса» является началом серии. Может, и вправду — несчастный случай, результат нескольких мелких оплошностей? У тебя ведь есть такая версия. А общий настрой против ирландцев заставляет людей сочинять самые пугающие истории.

Да, с подобным эффектом мне приходилось сталкиваться и раньше.

— Чем дольше я буду вести следствие, тем быстрее расползутся слухи.

— Люди напуганы, Майкл. Они пытаются понять, что происходит. Настолько жуткого происшествия в Лондоне не было долгие годы. Даже в железнодорожных катастрофах и обвалах на шахтах не припомню такого количества жертв, а ведь большинство из них — женщины и дети. Вся страна следит за развитием событий.