Книга Под прицелом бывшего, страница 82 – Виола Волконская

— Ты не имеешь права! — орала я, продолжая наносить удары. — Ничтожество!

Он поймал мои руки, сжимая их с такой силой, что я вскрикнула от боли, и отшвырнул меня к стене. Удар был сильным, я ударилась головой, и на мгновение мир померк. Но я не сдавалась. Я поднялась на ноги, дрожа от злости и боли, готовая биться до конца.

— Ты пожалеешь, — прошипела я, глядя на него с вызовом.

Он двинулся ко мне, и я поняла, сейчас он не остановится. Он был в ярости, его лицо было разбито, глаза горели безумным огнём. Азарт читался на его лице. Похититель намолал мои волосы на свой кулак и ударил по лицу. Он был намного сильнее меня. Поставил на колени и я не смогла сопротивляться.

— Ты сама выбрала, — сказал он, поднимая меня за волосы и прижимая к стене. — Теперь ты будешь моей цепной сучкой. Прежде, чем твой герой явится, я немного поиграю с тобой.

У меня вырвался крик. Я брыкалась, кусалась, царапалась. Чувствовала, как его руки рвут мою одежду, как его пальцы впиваются в мои плечи, оставляя синяки. Это было отвратительно, это было мерзко, и я готова была умереть, лишь бы не чувствовать этого больше.

А потом дверь выбили. Я услышала грохот, треск дерева, и в проёме показалась фигура, которую я узнала бы из тысячи. Лёша. Он стоял на пороге, сжимая в руках пистолет, и за его спиной я видела ещё двоих мужчин, высоких, плечистых, с такими же суровыми лицами. В его глазах горела такая ярость, что воздух вокруг, казалось, сгустился.

— Ушёл от неё, — сказал Лёша, и голос его был тихим, ледяным. Он был страшен.

Заур отшвырнул меня, отшагивая в сторону, и я сползла по стене на пол. Лёша перевёл взгляд на меня — на мою порванную одежду, на синяки, на кровь на моих губах. И в его глазах я увидела, как он переключается. Я не вижу любящего и нежного мужчину, на его месте машина для убийства.

— Тебе пиздец, — сказал он, глядя на Заура, и в его голосе было столько ненависти.

Заур усмехнулся, вытирая кровь с разбитой губы.

— Она теперь моя цепная сучка, — сказал он. — Ты опоздал.

Лёша не дал ему договорить. Он бросился вперёд, и я увидела, как его кулак врезался в лицо Заура. Удар был таким сильным, что тот отлетел к стене, но Лёша не остановился. Он наносил удар за ударом, без остановки, без жалости. Каждый раз, когда Заур пытался подняться, Лёша сбивал его снова. Молотил по нему во всю свою мощь и ярость.

— Лёша! — закричала я, пытаясь встать. — Лёша, остановись! Он ты убьёшь его.

Но он не слышал меня. Он был в другом мире, где была только его ярость. Я смотрела, как он избивает Заура до полусмерти, и не могла узнать в этом человеке того, кто держал меня за руку на пляже, кто прыгал со мной с парашютом. Это была та самая сторона Лёши, которую я видела лишь раз, когда он защищал меня от Андрея. Но тогда он остановился и не был таким жестоким.

Дамир и Игнат, его друзья, отбивались от оставшихся охранников. Я видела, как они работают слаженно, жестоко, профессионально. Это были не просто друзья. Это были такие же, как Лёша.

Когда Заур перестал двигаться, Игнат оттащил Лёшу в сторону.

— Хватит, — сказал он твёрдо. — Ему конец. Слышишь? Он больше не встанет.

Лёша тяжело дышал, его кулаки были разбиты, на лице были следы чужой крови. Он смотрел на неподвижное тело Заура, и в его глазах постепенно возвращалось осознание. Он повернулся ко мне, и я увидела, как он выходит из того состояния, как машина выключается, и на её место приходит человек.