Книга Консильери, страница 47 – Пайпер Стоун

— Ты ошибаешься на мой счет, Мэддокс. Я сильнее, чем ты думаешь. Я понимаю, кто и что такое мой отец, и кто такой ты.

— Понимаешь? Правда? — я подождал, не ответит ли она, и продолжил, когда она не отвела взгляда. — Дело не в том, чтобы быть сильной, Зои. Дело в том, чтобы быть мудрее своих лет, быть вынужденной расти, несмотря на ужасы вокруг. Никто не желает этого ни тебе, ни любому другому ребенку семьи Тибодо.

— Значит, вот кто я для тебя, всего лишь ребенок? Дочь моего отца? — она вела себя еще более вызывающе, чем раньше, как будто опасности и кровопролития, которые только что произошли, вовсе не было.

— Сейчас ты ведешь себя как ребенок.

— Забавно, Мэддокс. Это не то, что ты говорил мне несколько часов назад. Тогда я была настоящей женщиной, способной удовлетворить твои потребности. Или ты просто притворялся, используя мое тело, чтобы получить удовольствие?

Надменное выражение ее лица раздражало, но не так сильно, как одиночество, разрывавшее мою душу. Я наклонился еще ниже, пока наши лица не оказались совсем близко друг от друга, а губы почти соприкоснулись. Боже, я хотел эту женщину даже сейчас. Что, черт возьми, это говорит обо мне? Она попыталась прижаться к стене, упершись руками мне в грудь. То, что нас связывает, должно быть выброшено в черную дыру, иначе ее жизнь подвергнется еще большему риску.

Я не могу этого допустить.

— Послушай меня, Зои, потому что я скажу это только один раз. Ты дочь моего лучшего друга, девушка, которую я поклялся защищать любой ценой. Я не смогу этого сделать, если в это будем втянуты мы. Ты это понимаешь?

— Что я понимаю, так это то, что ты использовал меня. Ты трахнул меня и отшвырнул в сторону.

— Ты же знаешь, что это не так.

— Правда? — она снова толкнула меня, как будто могла сбежать от меня. Эта женщина была грехом, облаченным в сексуальное, разорванное платье, с горящими глазами цвета лучшего виски. Она и понятия не имела, что я хочу с ней сделать прямо сейчас. Видение того, как я затаскиваю ее в кладовку и трахаю до потери сознания, затмевало все, что мне нужно было сделать. Это вредило моей работе и ставило под угрозу ее жизнь.

Я глубоко вздохнул и отвел взгляд. Зои воспользовалась моментом, чтобы проскользнуть у меня под мышкой и большими шагами удалиться от меня. Я легко поймал ее снова, и сила, которую я использовал, заставила ее дернуться назад сильнее, чем я намеревался. Она прижалась к моей груди, хватая ртом воздух, когда наклонила голову. В этот момент было слишком много желания, и ее дыхание участилось в несколько раз.

— Не делай этого, Мэддокс.

— Чего, Зои? Заботиться о твоем благополучии? Убеждаться, что доживешь до следующего дня рождения?

Мы оба услышали, как кто-то прочистил горло, и я медленно повернул голову. Во взгляде Франсуа читался вопрос, что за херня, блядь, происходит. Что ж, пускай встает в очередь за ответами. Вместе со мной.

— Да? — рявкнул я.

— Хорошие новости. Армана прооперировали, и он хочет поговорить с тобой.

Я медленно повернул к ней голову, и она несколько раз моргнула, прежде чем опустить взгляд в пол.

— Пойдем, Зои. Давай посмотрим, как там твой отец.

Вместо ответа она отдернула руку и пронеслась мимо нас обоих. Франсуа потратил целых три секунды, качая головой и изучая меня.