Книга Стань моей истинной, страница 115 – Юлианна Клермон

— Да, практически так история и выглядела, — согласился Маран. — Но я задался вопросом о том, какие легенды есть у Оборотов? И попросил одного знакомого, который имеет связи в посольстве, добыть мне книги из другого Мира. Так ко мне попала «История сотворения Мира».

— У нас тоже есть история сотворения женщины! — воскликнул Анадар. — Она похожа на вашу.

— Только у вас говорится о том, что цветок вырос сам на том месте, где пролилась кровь мужчины, — отметил профессор. — Вы можете нам её рассказать своими словами, мы с удовольствием послушаем.

И Анадар рассказал историю, которую я уже слышала днём. Только оказалось, что у неё есть продолжение.

— Сердца срослись, и зверь стал единым целым с человеком. Так наши предки стали Оборотами, — говорил волк. — Но боги не заметили, что из пораненного сердца упала капелька крови. Она впиталась в землю, и на этом месте вырос цветок. А когда бутон раскрылся, Оборот увидел, что в его сердцевине спит такая прекрасная женщина, что он не смог отвести от неё глаз. Мужчина склонился над цветком и поцеловал божественное создание. А женщина открыла глаза, улыбнулась мужчине и ответила на его поцелуй. Так у Оборотов появилась возлюбленная пара. И как две половинки сердца не могли существовать отдельно, так и влюблённые пары уже не мыслили даже дня друг без друга.

— Вот я и задумался, — продолжил профессор, дослушав Анадара, — почему в обоих Мирах истории, которым не одна тысяча лет, похожи, хотя разрыв Материи произошёл всего триста лет назад? Могло быть так, что когда-то наши Миры были одним целым? Иначе куда делись земледельцы из вашей истории?

— Вымерли? — хмыкнул полковник.

Маран повернулся к нему и покачал головой.

— Сомневаюсь, — ответил он Черку и снова перевёл взгляд на нас. — Я думаю, Миры всё-таки разделились. Помните историю Великого падения гор?

— Это когда люди настолько разозлили богов своей склочностью, завистью и нежеланием соблюдать заповеди, что те обрушили на них горы, которые засы́пали землю камнями, руша дома и уничтожая посевы? — с сомнением протянула Сильва.

— И сорок дней над планетой бушевала буря, пока люди не покаялись, поняв, что натворили, — закончила я, согласно кивнув подруге.

Анадар хмыкнул:

— У нас тоже есть подобная история о гневе богов, только на землю сорок дней лился кровавый дождь, унося в своих мутных водах самое дорогое, что было у Оборотов — их пару.

— Вот мы и добрались до ответа, — довольно улыбнулся Маран. — Был ли дождь или камнепад, уже не суть важно, но каким-то образом Миров стало два, в одном из которых остались Обороты, а в другом — люди и истинные пары Оборотов. Мы же с вами понимаем, что немаги — это люди, только с особенной кровью.

— Подождите, — вмешался Черк, — Какие истинные пары? О чём Вы толкуете?

— Истинные пары действительно существуют, — ответил за Марана Анадар.

Черк перевёл взгляд с меня на Сильву, а потом посмотрел на Анадара.

— Но разве такое может быть? — ошарашенно спросил он.

— Может! — Сильва даже подпрыгнула на стуле. — Это правда!

— Нет, — помотал головой Черк, — не верю.

— Друзья мои, не спорьте, — вмешался Маран, — давайте я объясню. На основе имеющихся у нас мифов и легенд двух Миров, а также на основании проведённых мною исследований крови трёх истинных пар, я могу с уверенностью утверждать, что все немаги нашего Мира — это истинные пары Оборотов. Мы не можем попасть в Мир Оборотов, да и у них посещение нашего Мира строго ограничено, поэтому истинной паре встретиться практически невозможно. Но всё же чудеса случались. На протяжении восьмидесяти исследованных мною лет я обнаружил пять таких пар.