Книга Стань моей истинной, страница 119 – Юлианна Клермон

— Всё в порядке, — наконец ответил он.

Маран, сидевший напротив нас, вдруг подскочил и, опершись обеими руками на стол, склонился вперёд, максимально приблизив своё лицо к Обороту.

— Друг мой, сейчас не тот момент, чтобы умалчивать или недоговаривать. Если с Вами или Вашим зверем что-то происходит, поверьте, лучше выяснить это сейчас.

Анадар склонил голову и медленно, будто ему больно, выдохнул.

— Скажи, что не так?.. — прошептала я, крепко сжав руку мужчины. — …Дар, пожалуйста!.. Дар…

Он притянул меня к себе и зарылся носом в макушку.

— Когда я искал тебя в Стародворье, зверь проснулся, — выдавил он из себя. — Я уже говорил, что тебя нашёл именно он. Это произошло благодаря вашей с ним привязке. Он чувствовал твой запах и шёл по следу. Тогда я ещё не понимал, что с ним происходит, но позже, в поезде, он показал мне всё сам.

Анадар ласково погладил меня по плечу, продолжая прижимать к себе и говорить в макушку:

— Он счастлив, чувствуя тебя рядом с собой.

— И в чëм здесь ложь? — нахмурилась Сильва.

— Никакой лжи нет. Это чистая правда, — Анадар оторвался от меня и взглянул на девушку.

— Друг мой, говорите, как есть! — не выдержал Маран.

— Профессор, я не знаю, как это объяснить, но из зверя будто утекает жизнь. Капля за каплей. Когда волк бежал по лесу, я ощущал его усталость. Когда он нашёл Марику, я обернулся, но успел сказать лишь пару слов, как потерял сознание. Очнулся я уже утром опять в облике волка. Вернуться в человеческую ипостась получилось без труда, но вот когда я искал поляну для посадки вертолёта, то обернуться в волка не сумел.

— Почему ты мне ничего не сказал? — воскликнула я, с тревогой заглядывая ему в глаза. Сердце сжималось от страха за родного мужчину и его прекрасного волка. Моего волка.

— Я ввёл ему кровь Марики, но она должна была только успокоить его. Видимо, что-то пошло не так, — пробормотал Маран и сурово свёл брови. — Так, дорогие мои, я прошу прощения, но мне нужно срочно заняться нашей парой. Анадар, Марика, мне нужна ваша кровь!

Потрясённые, ничего не понимающие, мы проследовали за профессором. Он быстро взял пробы крови и, не переставая что-то бурчать, зарылся в свои пробирки и записи.

Он то хмыкал, то задумчиво жевал губу, зависнув над лабораторным столом. А мы вчетвером сидели на своих стульях и боялись даже громко вздохнуть.

— Та-а-а-ак! Интересненько! — воскликнул он минут через сорок.

— Что там? — не выдержала Сильва.

Маран повернулся к нам, но смотрел только на меня.

— Поздравляю Вас, Марика!

— С чем? — уставилась на него.

— В Вашей крови обнаружен фенилпропинизоприн Церка.

— В каком смысле? — меня будто обухом по голове огрели, и смысл слов не доходил.

— Рика — немаг? — подпрыгнула Сильва и бросилась меня обнимать. — Ура, ура, ура!

— Совершенно верно! Процент содержания данного элемента пока мал, но, я думаю, со временем он восстановится полностью.

— Как? — почти одними губами прошептала я, но Маран услышал.

— Я обнаружил в Вашей крови окситоцин. Он Ваш спаситель!

— Это же гормон удовольствия! Он вырабатывается при объятиях, поцелуях, сексе… Но при родах его намного больше! — воскликнула Сильва, а я дико покраснела.

Маран, не обратив внимания на мои румяные щёки, согласно кивнул девушке:

— Да, так и есть. Основное назначение этого гормона — снимать физиологический и психологический стресс, уменьшать тревогу или боль. Думаю, фенилпропинизоприн в Вашей крови был заблокирован сильнейшим стрессом пять лет назад, но частый выброс в кровь окситоцина при общении с Анадаром начал разрушать эту блокаду, и фенилпропинизоприн стал постепенно высвобождаться.