Книга Ромашка для Горыныча, страница 90 – Юлианна Клермон

— Скотина! — рычит подруга, сжимая кулаки до побелевших костяшек. — Урыть его за такое!

Рита, заметно побледнев, отворачивается от окна.

— А вот и Горин приехал, — тихо говорит она. — Кажется, сейчас кого-то действительно будут урывать…

Сердце пропускает удар. Несусь к окну и в неярком свете фонарей вижу, как Горин, резко припарковавшись, выскакивает из машины, и, даже не потрудившись закрыть двери, буквально взлетает на крыльцо общежития.

В ужасе представляю избитого до полусмерти Олега и Горина в камере за решёткой. С бешено колотящимся сердцем вылетаю в коридор, пролетаю его на немыслимой скорости, и, перепрыгивая через ступеньки, мчусь по лестнице.

Едва успеваю преодолеть один пролёт, как налетаю на Егора. В одно мгновенье замечаю белое от ярости лицо, намертво сжатые зубы и горящие безумным огнём глаза.

Клещом впиваюсь в него и кричу:

— Нет, нет! Не смей! Егор, пожалуйста, не трогай его! Ничего не было! Он был пьян и не понимал, что творит!

Смотрю в глаза Горину, и мне становится страшно, насколько они бешеные.

— Где он? Где эта сука? — из его груди вырывается низкий, яростный рык.

Так рычит смертельно раненый зверь…

Егор в бешенстве, и вряд ли сейчас способен адекватно воспринимать ситуацию.

Не знаю, как остановить его, цепляюсь за его шею и судорожно шепчу, целуя, куда попаду:

— Ничего не было! Егор, пожалуйста, не надо! Не делай этого! Пожалуйста! Тебя посадят! Я же себе этого никогда не прощу!

Слёзы льются ручьём, рыдаю и не могу остановиться.

В глазах Горина появляется какое-то осмысление. Он отстраняется и вглядывается в моё лицо, а потом пальцами осторожно проводит по опухшей щеке.

— Убью! — выдыхает он сквозь зубы, бережно отцепляет мои руки и несётся вверх по лестнице.

— Егор, не надо, пожалуйста! — воплю, бросаясь следом.

В коридоре уже полно народа. Все вылезли из своих комнат посмотреть на эпичную битву двух титанов: звезда института против первака КМС-ника.

— Выходи, сука! — рычит Егор, останавливаясь в коридоре и обводя взглядом собравшихся студентов.

Дверь одной из комнат открывается, и оттуда появляется Олег. Немного помятый вид, взъерошенные волосы, отёкшее лицо. Видимо, он спал, и его разбудили.

— Что надо? — Олег нагло, с вызовом глядит на Егора. — Пришёл за свою шмару заступаться? Видимо, хорошо даёт? Мне тоже… хорошо дала!

Он глумливо улыбается, а Горин бросается вперёд.

— Егор, стой!

Висну на нём, не давая сдвинуться с места и сквозь рыдания умоляю:

— Остановись! Не надо! Егор! Ну, пожалуйста!

Горин крепко прижимает меня к себе, а потом одним слитным движением толкает в руки подоспевшего Артёма и набрасывается на Олега. Его кулак с шумом врезается в живот первака. Тот резко выдыхает и делает шаг назад, но тут же выпрямляется, и, быстро перехватив инициативу, проводит серию атак.

Невидимыми движениями Егор уклоняется, и кулаки противника раз за разом месят пустоту.

Одуревшая от скуки публика весело улюлюкает и комментирует действия Олега.

— Слышь ты, мазила! Кто тебе КМС дал? — кричит кто-то.

— Да у меня младшая сестрёнка лучше дерётся, — подбадривает второй.

— Горыныч, жги!

Противники будто не слышат выкриков, поливая друг друга молчаливой яростью.

Егор ныряет под руку первака и наносит короткий удар по почкам. Олег охает и падает на колени, но тут же подскакивает и с разворота бьёт Егора по корпусу. Горин отлетает, ловко группируется, упав на одно колено и, резко вскочив, с разворота бьёт противника ногой в челюсть.