Книга Злодейка не хочет развода!, страница 61 – Ива Лебедева, Екатерина Скибинских

Милад замер. Несколько секунд он переводил ошеломленный взгляд с сиротливо съехавшей на одеяло папки с гербом Королевского Совета на мою лодыжку. Тонкие пальчики, перламутровый лак, изящный блик крохотного страза в мягком свете магического бра — для сурового ректора академии, привыкшего к сухим отчетам и вечным интригам, это было сродни прямому попаданию боевого заклинания.

— Юэль… — его голос заметно сел, став более низким и бархатным, — ты невозможна.

— Ранена в бою, между прочим, — авторитетно заявила я, придвигаясь еще ближе. Книга по основам магии была безжалостно отброшена в сторонку. — Пока ты спасал академию от бумажного потопа, лорд ректор, твоя жена медленно и мучительно страдала. Ну же, Милад, у тебя такие теплые руки. Погладь меня!

Он тихо, побежденно вздохнул, собрал рассыпанные бумаги в ту самую папку и положил на тумбочку. Проследив за сим действом, я мысленно поставила себе жирный плюс напротив графы «спасение ректорского здоровья».

Милад же развернулся ко мне всем корпусом, откинувшись спиной на изголовье кровати. Его сильные широкие ладони аккуратно, почти благоговейно легли на мою ступню.

— Подвернула, говоришь? — В его темных глазах, наконец-то очистившихся от усталой заумной дымки, зажглись лукавые, совершенно живые и очень многообещающие искорки. — И где же именно болит? Здесь?

Его большой палец медленно, с легким нажимом очертил подъем стопы. По коже мгновенно побежали колючие горячие мурашки. Я тихонько охнула — на этот раз совершенно непритворно.

— Везде, — капризно выдохнула я, подаваясь вперед и перебираясь поближе к его бедру. — Выше тоже болит. Наверное, связки потянула, когда дрыном махала…

— Дрыном, — повторил Милад и негромко хмыкнул. Он начал медленно, круговыми движениями массировать лодыжку, и от его ладоней поползло мягкое убаюкивающее тепло. Похоже, господин ректор решил подключить к процессу капельку своей хваленой магии, прогревая уставшие мышцы. — Моя прекрасная утонченная леди Грейвис, выпускница пансиона благородных девиц… с дрыном наперевес. Если бы мне кто-то предсказал это еще неделю назад, я бы лично запер этого провидца в сумасшедший дом.

— Мир меняется, дорогой. — Я потянулась, как сытая кошка, и оперлась ладонями о его грудь, чувствуя через тонкую ткань домашней рубашки мерный, сильный стук сердца. — Приходится соответствовать. Ты ведь сам все время твердишь: надо идти наравне с прогрессом. Вот я и практикуюсь. О-ох, ну ты подумай! Только прикоснулся, а мне уже легче!

Массирующие движения мужниных рук стали медленнее, тяжелее и определенно вышли за рамки простого медицинского ухода, поднявшись чуть выше по голени. Его взгляд теперь был намертво прикован к моему лицу, ловя каждое изменение в моем дыхании. Синяки под его глазами и усталость словно растворились, уступив место чистому концентрированному мужскому вниманию.

— Твои ногти… — вдруг негромко произнес он, касаясь пальцем того самого блестящего стразика. — Очень необычно. И… красиво. Сама додумалась? Вряд ли в пансионе мадам Оруар вас такому научили.

— Это секретная магия двадцать первого… то есть моих личных разработок. — Я заговорщически улыбнулась, придвигаясь к его лицу так близко, что чувствовала его дыхание на своих губах. — Хочешь, и тебя научу?