Книга Я попала в злую свекровь, страница 43 – Екатерина Вострова

— Приведите ко мне Прасковью, — сказала я.

Служанки одновременно вскинули головы.

— Матушка… — растерянно начала Маруся. — Так ведь она же заперта. Князь приказал держать её под стражей.

— Ну так пусть её под конвоем и сопроводят, — отрезала я. — Я не собираюсь бегать по всему терему.

Внутри же я думала совсем другое: «Ну уж нет, никуда я сейчас не выйду. После этого представления вообще никого из слуг видеть не хочу!»

Маруся с Дуняшей тем не менее с места не сдвинулись, явно не зная, как поступить.

— Сходите к князю, — приказала я, понимая, что по-другому не выйдет, — Скажите, что княгиня просит привести к ней ключницу Прасковью. Он сейчас не откажет.

Последнюю фразу я произнесла почти мстительно. Наверняка не мне одной сейчас стыдно перед домашними. Впрочем, ему полезно, пусть немного помучается. Не все мне одной быть главной героиней сплетен.

— Как прикажете, матушка-княгиня. Служанки поклонились и бесшумно исчезли за дверью.

Я устало опустилась на край кровати и прикрыла лицо ладонями.

— Ну и семейная жизнь у меня… — тихо пробормотала я в пустоту.

* * *

Прошло не меньше получаса, прежде чем за дверью наконец послышались шаги. Следом тихо скрипнула дверь. За пару дней, что я ее не видела Прасковья заметно осунулась, под глазами у нее залегли тени. За её спиной мелькнул дружинник, но, убедившись, что ключница действительно дошла до комнаты княгини, сразу закрыл дверь снаружи.

Прасковья же, едва переступив порог и тут же низко поклонилась.

Прасковья едва переступила порог и сразу попыталась опуститься на колени.

— Матушка-княгиня… — голос у неё заметно дрожал. — Не губите! Клянусь всем святым, я никому ничего не подсыпала! Я всю жизнь верой и правдой служила этому дому, никогда в жизни…

— Даже не думай вставать на колени, — перебила я ее, — Сядь там.

Я кивнула в сторону лавки у стены. Ключница поднялась и присела на самый край, всё ещё готовая в любой момент снова распластаться на полу.

— Сначала скажи мне вот что, — начала я. — Тебя там не обижают? Кормят? Не холодно? Никто рук не распускает?

На лице Прасковьи отразилось такое искреннее удивление, что я не сдержала убылки.

— Н-нет, матушка… — растерянно ответила она. — Кормят нормально, и не бьют. Только… стража у двери стоит, и на двор не выпускают.

Я кивнула и перешла к главному:

— Прасковья, я верю, что ты не виновата, и постараюсь как можно скорее уговорить князя тебя отпустить, но сейчас меня беспокоит другое. Скоро новолуние. — я замолчала, подбирая слова.

Если честно, я и сама пока до конца не понимала, что именно творится вокруг этого леса и всех разговоров про волков. Обычные ли это средневековые суеверия и байки, или за ними действительно скрывается что-то реальное и опасное? Волки, «долг», таинственные следы…

В любом случае, принимать решение вслепую было бы глупо. А как разобраться, если единственный человек, который хоть что-то об этом знает, кроме прежней Ярославы, сейчас сидит под замком?

Я посмотрела на Прасковью внимательно и продолжила:

— Ты ведь до этого сама занималась этими посылками. Расскажи мне подробно, как всё обычно происходит.

Прасковья мгновенно заозиралась по сторонам, потом подалась чуть вперёд и заговорила едва слышным шёпотом:

— Матушка… в этот раз всё не собрано. Я же вам говорила тогда, в кладовой… — она нервно сглотнула. — Уже не получится взять незаметно. Князь велел всё пересчитывать, особенно зерно и мёд. Если пропадёт хоть сколько-то, то сразу заметят.