Книга Я попала в злую свекровь, страница 66 – Екатерина Вострова

— Поесть вам принесла, матушка-княгиня, – сказала Маруся, ставя поднос на стол. – Каша с мясом, хлеб, ягоды мочёные. И отвар целебный.

При виде знакомой глиняной кружки я поморщилась.

— Отвар обязательно?

— Лекарь сказал, чтобы весь выпили.

Я взяла кружку и сделала осторожный глоток. Отвар оказался даже хуже прежнего: с таким послевкусием, словно в него накрошили щепок от ближайшего забора.

Маруся поставила поднос на стол, поправила миску, передвинула хлеб, покосилась на дверь и вдруг заговорила:

— Нам князь-батюшка велел ничего вам не рассказывать. Но если вам что-нибудь понадобится узнать… – Маруся снова посмотрела на дверь и почти беззвучно добавила: – Вы только скажите. Я всё разузнаю. И сделаю, что нужно.

Я покачала головой. Втягивать Марусю в наши с Михаилом разборки не хотелось. Одно дело, когда под замком сижу я, и совсем другое, если из-за меня достанется служанке.

— Спасибо, – сказала я. – Но пока ничего не нужно.

Маруся кивнула, затем, немного помедлив, спросила:

— Матушка-княгиня… а где же вы всё это время были?

— В лесу.

— Это мы поняли. Только как вы там оказались? Вчера после разговора с Олегом Михайловичем вы сказали, прогуляться хотите. А потом будто сквозь землю провалились.

— Я сама не всё помню, – осторожно ответила я. – Кто-то подошёл сзади, а дальше темнота. Очнулась уже далеко от дома.

Маруся перекрестилась.

— Олег Михайлович с тех пор места себе не находил. Всё твердил, что не должен был с вами так разговаривать, что, если случится что, он себе не простит.

Я сразу представила растерянного, испуганного Олега, снова и снова прокручивающего в голове наш последний разговор. У меня сжалось сердце.

— Он-то здесь при чём? – резче, чем собиралась, спросила я.

— Решил, что это из-за него вы одна гулять пошли. На коленях князя-батюшку просил взять его с собой вас искать, и сегодня все к вам рвался. Но князь запретил вас навещать. Сказал, вам покой нужен.

— Передай ему, что он ни в чём не виноват, – сказала я. – И что со мной всё хорошо.

— Передам. – Она произнесла это с таким серьёзным лицом, будто мы обсуждали передачу тайного послания через вражеские земли.

Маруся оставила поднос и ушла. Засов за ней снова лязгнул, напоминая, что заботливый муж не просто отправил меня отдыхать, а предусмотрительно приставил к двери двух вооружённых хранителей моего покоя.

Лекарь появился спустя пару часов. Имени его я так и не знала, а спрашивать напрямую было неловко, не говорить же: «Эй, уважаемый, напомни, как тебя зовут». Он велел мне сесть, пощупал пульс, потрогал лоб, заглянул в глаза и заставил показать язык. Потом удовлетворённо кивнул:

— Горячки нет, слабость ещё несколько дней будет, но опасности не вижу.

— А остальные в доме? – на всякий случай спросила я. – Все здоровы?

— Все. – ответил лекарь, складывая обратно пузырьки и мешочки. – Только Марфа да Авдотья за успокоительным отваром приходили. Перепугались за вас обе, особенно когда князь дружину в лес поднял.

— Марфе отвар не повредит? – насторожилась я. – Она всё-таки ребёнка носит.

— Не повредит, – кивнул он. – Я ей слабенький дал. Такой и тем, кто дитя ждёт, можно.

При упоминании ребёнка я невольно вспомнила Прасковью, ведь я до сих пор толком не знала, что с ним произошло. Спрашивать напрямую было нельзя: прежняя Ярослава наверняка была в курсе.