Онлайн книга «Кицхен вступает в бой»
|
— Ты силён, дитя яростной крови. Выходит, не все его сыны сгинули, но… - жрец стоял, скрестив руки на груди, и казалось, что всё это представление лишь развлекло его. — Справимся? – Валисий прикинул, что до Тах-Акоя не так и далеко, но… Конь качнул головой. — Тогда надо уходить… Жрец же запрокинул голову, вскинул руки и в них заклубилась новая тьма, от которой к людям протянулись нити. — Убейте! Убейте их во славу Айлура! – этот вой пронесся над ущельем, и люди, до сего момента неподвижные, качнулись. Ещё немного и вся эта толпа придёт в движение, ринется, покорная воле существа, которое совершенно точно не было человеком. — Отходим… и… Проклятье! Валисий готов сражаться, но убивать тех, кто по сути своей не понимает, что творит? С кем он ещё недавно сидел у одного костра? Делил воду и хлеб? И… Он не готов. Это… слишком. Конь попятился и оскалился, явно не испытывая ни малейших моральных терзаний. Он подобрался, явно готовый прыгнуть. Только… — Давай! – тонкий крик раздался за мгновенье до того, как скалы вновь вздрогнули, и жрец обернулся, а облако тьмы в его руках вдруг вскипело ядовитой деленью. И тварь заорала. Теперь она заорала совсем иным голосом. И столько боли было в этом крике, столько силы, что там, в голове Валисия, что-то да лопнуло. И теплое, живое, потекло по шее. А конь-таки прыгнул. Глава 40 Глава 40 О демонах и знаках Поэтому он потерял надежду увидеть, что находится за горами, и безуспешно пытался насладиться лугами и реками, в общем всем, что предоставляла ему округа. Об умении отдельных личностей адекватно воспринимать окружающую обстановку. Демоны. Ненавижу демонов. Тот, который во рву застрял, еще ладно. Он почти уже родной, если так-то. А этот? Этот явно из высших, тех, что обладают полноценным разумом, а не его подобием. И это проблема. Потому что любой демон силен, а умный - силен вдвойне. Втройне. Демон раскрыл руки и сделал вдох, вобрав с ним жизненную энергию людей. Барабанщики покачнулись и начали заваливаться. Один. Второй и третий… и следом затрещала ткань мироздания. Я шкурой ощутила, как потянуло силой хаоса. Чтоб! Да ему и жертвоприношение не нужно. Он сейчас поднапряжется и организует прорыв безо всяких там жертвоприношений, одной собственною силой. Думай, Кицхен. А что тут думать… если единственный разумный выход - бежать, пока тварь не почуяла. И так, можно сказать, повезло нечеловечески. Людей толпа. И в этой толпе хватает одаренных, да и сдерживаться ему приходилось. Теперь же раскрылся, падла этакая, силой плеснул. Так что бежать… И быстро. И… Я стиснула кулаки. Когда это Каэр поступали разумно? Не брошу я Скотину. Ну и мужика, им подобранного, тоже оставлять нехорошо, потому как не знаю, что за он, но человек явно с характером, если демоническому воздействию не поддался. Остальные стоят, что твои бараны перед замковыми воротами, пялятся и ждут приказа. А этот на Скотину взобрался. И главное, Скотина не возражает. Кружится, бьет копытами, топчет псевдоконечности демонической сущности, причём от души и с огромным, вижу по морде, удовольствием. Навредить демону он не навредит, но настроение испортит знатно. Хотя оно у них, если верить хроникам, по жизни не особо хорошее. А значит, думай, Кицхен, думай… Покойники? Пара барабанщиков точно ушла. Но нет, эта тварь марионеток своих высасывает до донышка, там от души давно ничего не осталось, а плоть поднимать – муторно, сил требует много и демону такое на один зуб. Иначе надо… |