Онлайн книга «Кицхен вступает в бой»
|
У них круглые лица. Узкие глаза. Их лбы и щёки покрыты синими узорами. А губы выкрашены алым, будто эти люди пили кровь. Они коротконоги, но крепки. И воины умелые. Их лошади низкорослы и тонконоги, но при этом шкуры их отливают металлическим блеском. И Трувор знает, что эту шкуру не всякая стрела пробить готова. А ещё кони выносливы и сильны. И бесстрашны, как хозяева. Перед самым высоким шатром собираются люди, они садятся полукругом, прямо на землю. И только когда собираются все, из шатра выходят двое. Первый седовлас и благообразен, и пусть облачен в доспех, но видно, что это не воин – мудрец. Второй, наоборот, весьма молод. Его лицо кажется узким, а кожа – белее, чем у остальных. Тонкие брови. Изящный нос с горбинкой. И – тёмные волосы, собранные на макушке в хвост. Хвост распадается на тонкие косички, в каждой из которых поблескивает камень. Впрочем, их блеск ничто по сравнению с яростным сиянием кристалла на груди юноши. Огромный, с куриное яйцо, если не больше, тот вставлен в пасть змея. И тонкое чешуйчатое тело обвивает кристалл, нежно и надёжно. Артефакт? Даже с высоты, на которой Трувор находится, он видит пульсацию силы. И то, что уходит она в тело Великого хана – а Трувор не сомневался, что именно его и видит перед собой. И то, что каждая змеиная чешуйка была частью сложнейшего узора. Это… Что это? Юноша поднял руку, и гомон голосов стих. Он заговорил. Трувор не понимал ни слова, но юношу слушали внимательно, жадно. И каждое произнесенное им слово отзывалось в людях. Слово и сила. Пульсация. Сердце змея билось в такт с остальными. Воздействуя на них? Похоже, что так. Воздействуя и подчиняя уже человеческие сердца. Юноша взмахнул рукой, и сидящие вскочили. Он указал вдаль. И рёв многих голосов стал ответом на вопрос… — Что за… - Трувор захотел подняться выше. И поднялся. Теперь он видел горы. И горные тропы. Туман, густой-густой, как сметана. Он рождался в пальцах седого старца, чтобы сползти вниз, чтобы укрыть и крепость, и все дороги. В этом тумане тонут звуки. В тумане исчезают и люди, и лошади. Даже танерийцев пугает этот туман. Железная змея замерла. Она готова идти дальше, но… Старик разводит руки, стряхивая капли силы, потом что-то говорит юноше, а тот передаёт сказанное дальше. И от войска отделяются несколько отрядов. Они знают пути, древние дороги, созданные, чтобы объединить земли по обе стороны горной гряды, облегчив путь купеческим караванам. Но теперь купцов не было. А были танерийцы, которые ушли… И само войско двинулось дальше. Ближе к крепости. Оно двигалось неспешно, неумолимо. И Трувор знал, что будет дальше. Знал, но… Тревожный рёв рога заставил его вздрогнуть. Кто-то там, в кромешном тумане, всё равно увидел. Понял? Предупредил… Рог хрипел, рычал и вовсе выл диким зверем. И этот голос подхватили другие. Сон рассыпался. Раз и всё… Трувор очнулся в кровати. Он лежал, глядя в потолок, пытаясь осознать себя наяву. Но получалось не слишком хорошо. Запах дыма. Стали. Беды… рёв рога, который продолжался, громкий и ясный, как наяву. Наяву. Здесь голос был иным. Злым. Негодующим. Полным ярости и требующим… что за… и отзываясь на него полыхнул силой меч. — Тревога! – Трувор скатился с постели. – Тревога! Кому он орал? Он не знал… |