Книга Корица, вино и немного желания, страница 16 – Элис Рид

На кухне я сама вылила пять обычных бокалов в сливную ёмкость, отметила бутылку мелом и заставила повара убрать её. Заражённым был только один напиток, но лишние меры купили мне время. Флакон с остатком вернулся в сумочку. Его вес казался заметным всем, хотя стекло было не тяжелее помады.

Когда я снова вошла в зал, фотограф уже расставлял гостей у окна. Дэниел Восс стоял в центре, нетерпеливо ожидая тишины. Можно было воспользоваться суматохой и заговорить с ним. Я приблизилась по краю группы, выбрав место, откуда он увидит красное платье сразу после вспышки.

— Мисс Морвейн, шаг вправо, — попросила ассистентка. — Вы закрываете макет.

Я шагнула. На снимке осталось платье, не лицо.

Восс поблагодарил Тома за помещение, не заметив его отсутствия. Мужчина, которого я собиралась очаровать магией, обсуждал с оператором страховку от дождя и ни разу не посмотрел к столу. Ошибка бокала была случайностью. Всё остальное — моим решением.

Нив нашла меня у лестницы. На ней было серо-голубое платье, в котором она могла бы раствориться в сумерках, если бы не Соль за окном. Ворон ходил по балюстраде, наклоняя голову к свету.

— Где Том?

— Уехал.

— Ты дала состав?

Я не ответила сразу. В зале смеялись, звякала посуда, люди проверяли, достаточно ли важны для фотографа. Нив смотрела только на меня.

— Бокал взял не тот человек.

Её пальцы сжали край рукава.

— Это не делает человека «не тем».

— Я знаю. Он выпил мало. Я попросила уйти, он ушёл. Утром проверим состояние.

Нив не сдвинулась со ступени, по-прежнему закрывая дорогу вниз.

— Элизе нужно сказать сейчас.

— И сорвать приём, работу Тома и площадку из-за трёх капель? Сначала я узнаю действие.

Я уже переставляла ставки так, чтобы молчание выглядело заботой об остальных. Нив это увидела. Не стала спорить посреди зала — просто повернулась к внутренней двери.

Я перехватила её у кухни.

— Дай мне до утра. Если физические признаки не пройдут, скажем сразу. Если станет хуже — я сама позвоню Адриану ночью.

— А если он решит что-нибудь из-за тебя?

Вопрос попал точнее. Я вспомнила лицо Тома, когда он говорил, что мне нужен чужой взгляд для существования.

— Я не пойду к нему. Не прикоснусь. Не буду проверять чувства. До утра.

Нив долго молчала, затем кивнула один раз. Это не было одобрением. Она дала мне срок, а я тут же почувствовала себя победившей — ещё одна опасная способность моего ума.

Утром Том ждал у лавки с бумажным пакетом завтрака.

Ночь после приёма я провела, перечитывая рецепт и прислушиваясь к каждому автомобильному звуку. Один раз решила пойти к Тому, но представила, как объясняю, почему человек под воздействием должен впустить меня в дом, и осталась.

Элизе сказала, что приём затянулся. Нив посмотрела на сумочку, в которой звякнул флакон, и не задала вопрос. Это было хуже допроса.

В семь утра Том стоял у лавки. Пакет пах ванилью и свежим тестом.

— Ты обычно не встаёшь раньше девяти, — сказала я.

— Я обычно не думаю всю ночь, что обидел тебя, уехав без объяснения.

Состав заставил желание опередить осторожность. Но содержание принадлежало ему.

— Ты уехал работать.

— И решил, что если ты не попросила остаться, значит, не хотела.

Он провёл ладонью по влажным перилам и посмотрел на оставшийся след.

— Я не прошу мужчин отказаться от жизни ради проверки чувств.