Книга Корица, вино и немного желания, страница 91 – Элис Рид

— Восс! — позвала я.

Он был у аппарата, удерживал штатив, пока ассистентка сматывала плёнку. Я показала на боковые громкоговорители. Он понял не просьбу о спасении, а техническую задачу: включить линию и дать звук сцене.

До микрофона оставалось десять шагов сквозь людей, которые хотели говорить сами. Я не стала пробиваться прямо. Спрыгнула с края, прошла за кулисы, поднялась по узкой служебной лестнице и вышла с другой стороны. Платье цеплялось за гвозди; я подняла юбку обеими руками и бежала без всякой кинематографической грации.

Мэр не хотел отдавать микрофон.

— Я должен закончить обращение к городу.

— Через минуту. Сначала назовите действие, которое не уничтожит совет до утра.

Мэр сжал микрофон, затем увидел руку сына у нижней ступени.

— Я хочу уйти.

— Сойдите со сцены и сядьте рядом с сыном. Это не отставка.

Том как раз добрался до нижней ступени. Он протянул отцу руку. Мэр посмотрел на неё, потом на меня и отдал микрофон. Том увёл его не как ребёнка, а как человека, временно неспособного принять официальное решение.

Я была в красном платье из пробы. На площади работал микрофон киноэкспедиции: Восс устроил показ отснятых сцен. Я поднялась на сцену.

Подол порвался сбоку. Волосы выбились из шпилек. Красное всё равно ловило свет каждого фонаря. Когда я подняла руку, первые ряды заметили движение; когда замерла, любопытство остановило ещё несколько голосов. Я использовала всё, что знала о входе в комнату, только теперь входила не ради того, чтобы меня желали.

Толпа не замолчала.

Тогда я разбила пустой бокал о металлический поднос.

Звон прошёл над площадью. Люди повернули головы.

Всю жизнь я хотела этого мгновения — чтобы город смотрел только на меня.

Наконец оно пришло, и мне нужно было вернуть внимание владельцам.

С высоты сцены хаос имел рисунок. Поток людей давил к выходу, потому что кто-то крикнул о пожаре, которого не было. У медпункта стояли те, кто уже понимал симптомы. Внутри павильона пар оставался плотнее.

Я попросила распорядителя включить боковые громкоговорители. Он хотел бежать искать жену. Я заставила его назвать безопасное действие: включить звук, затем отправиться к ней с сопровождающим.

Том перекрыл второй котёл. Нив открыла последнее окно, привязавшись верёвкой к перилам. Элиза подняла над головой чашку холодного состава, показывая, где помощь.

У меня не было возможности произнести безупречную речь. Нужно было говорить коротко, повторяемо и оставлять между словами время.

Я ударила по подносу второй раз.

— Слушайте ритм, — сказала я. — Не меня. Ритм.

В задних рядах продолжали кричать. Тогда Анна Лор встала у бокового громкоговорителя и повторила фразу моим темпом. Учитель музыки отбил четыре удара по корпусу контрабаса. Лора подхватила. Звук прошёл по площади не приказом одной ведьмы, а цепью людей, которые понимали задачу.

Первый вопрос я произнесла только тогда, когда увидела: студент на конструкции перестал рваться вверх, Картеры сидят у прилавка, боковой выход свободен, Том добрался до котла. Мы не победили состав. Мы выиграли несколько секунд, в которые решение снова могло существовать.

В середине площади мужчина поднял женщину на руки и понёс к сцене, крича, что хочет немедленно жениться. Она била его по плечам и требовала отпустить. Толпа вокруг смеялась — со стороны жест выглядел праздничным.