Книга Маугли 1. Конец отпуска, страница 147 – Павел Казаков

— Посмотрим, – спорить, когда ты привязан к стулу и ничего не можешь с этим сделать, казалось странным. Тем более разговор перешёл в непродуктивную стадию «ты пожалеешь – ты сам пожалеешь». Но я был бы не до конца я, если бы не попытался что-то высказать в ответ. – Ты допустил ошибку, тренер.

— Да неужели? Ну, намекни хотя бы, чтобы я на будущее учёл, – злыми и холодными глазами смотрел на меня человек, которого я ценил и уважал всю жизнь.

— Не скажу, – я сам понятия не имел, какую он допустил ошибку, но пусть ищет там, где ничего нет. Может, и правда допустит ошибку.

— Да и пожалуйста, – он посмотрел на часы, – через четыре-пять часов я больше ваши стрёмные рожи не увижу. У меня и другие дела есть. Хоть недельку без вас поживу – это же праздник просто.

Больше говорить было не о чём. Так-то, конечно, можно было задавать вопросы, попробовать разговорить, но эмоционально не хотелось никак общаться с этим человеком. Понятно, что он делал свою работу. Но сейчас это тоже враг, как Степанов, как Анатолий Фёдорович, как Николай и другие. Даже не просто враг, а предатель. Я попробовал расшевелить верёвки – ничего не получалось ни просто усилием мышц, ни под Восприятием. Скорость реакции и способность воспринимать без глаз тут помогли мало. Ну, узнал я, где узлы на верёвках, – помогало это не сильно.

— А кого мы ждём, Иван Викторович? – после затянувшейся паузы, которую тренер заполнял тем, что мыл кофейник и засыпал в него новую порцию кофе, спросила Крапива.

— Бригаду, которая отвезёт вас на базу, где с вами проделают все необходимые процедуры.

— А расскажите, что за база и сколько вас вообще на Земле? – продолжала вопросы девушка.

— Этого тебе знать не обязательно.

— А не боитесь, что мы в дороге сбежим?

— У них есть способы убеждения. Как, вы думаете, я вас усыпил? Есть оборудование, которое на ваши био-тела влияет особым образом. И как вы можете оценить, на ваших Рангах оно тоже прекрасно работает. Так что проблем с вами не будет. Но я всё равно посоветую вас транспортировать связанными.

— А покажите хоть, что это и как работает, раз уж вы нам тут тайны мироздания взялись открывать.

Я не очень понимал план Крапивы, но вероятно он у неё был. Ну, даже если я смогу не подчиняться на сто процентов этому влиянию, то всё равно оно меня превращает в марионетку. Не самую послушную, но марионетку. Снова это испытывать мне не хотелось. Но Крапива не раз доказала, что голова у неё работает не хуже моей, а то и лучше. Поэтому я никакого протеста не высказывал, наоборот, постарался нарисовать на своей физиономии тщательно скрываемый интерес.

Викторович повёлся. Хотя я по-прежнему не понимал, какая нам с этого польза.

— Сейчас, кофе себе налью и покажу, – тренер снова наполнил кружку, сделал небольшой глоток, после чего обошёл нас, чтобы взять со стола такой же «фонарик», который использовали люди в сером, или как там правильно? Агенты, сука, Империи. Ох не нравится мне, что сейчас будет. Тренер же тем временем встал перед нами, включил «фонарик» и направил на нас фиолетовый свет.

— Крапивка, повернись к Маугли и скажи, что тебе с ним не понравилось. Скажи, что ты другому отдана и будешь век ему верна.

Крапива повернулась ко мне и с энтузиазмом заявила:

— Маугли, мне с тобой не понравилось! Я другому отдана и буду век ему верна! – после чего, оставив меня в удивлённом состоянии, повернулась обратно к тренеру. Удивление же вызвали не её слова и не интонация, это как раз было ожидаемо, а правый глаз, которым она моргнула, когда повернулась ко мне, не моргнув при этом левым. Когда человек моргает одним глазом, а другим не моргает, это называется подмигивание. А подмигивание означает, что человек на что-то намекает. А намекают люди, когда не хотят говорить какую-то мысль вслух при третьих лицах или просто не хотят говорить вслух. Значит, Крапива на что-то намекает, моргая мне тем глазом, который тренер в момент её моргания не видит. Ох, что-то мысли плетутся в голове совсем не быстро. Больше всего хочется сейчас помочь человеку с «фонариком». Или не больше всего? Не знаю. А на что был намёк? А зачем ему помогать, если он нас связал? Мысли текли медленно, но текли, и при этом подвергались анализу.