Книга Вера стада, страница 36 – Джеймс С. А. Кори

Он взглянул в темнеющее небо, ожидая появления первых звезд. Где-то там шла война. Враг сражался с ненавистными карриксами на тысячах планет. И здесь, в залах и коридорах мира-дворца, тоже шла война. Шпион пробрался в родной дом врага.

Он вспомнил Джеллита. Вспомнил смятение и надежду на его лице – теперь, как ясно осознал Дафид, напоминавшем ему об Илси. А потом он вспомнил Илси. С грустью, показалось ему, потому что из глаз полились слезы. Хотя печали он не чувствовал. Он ничего не чувствовал.

Огромные сооружения мира-дворца засветились в лучах заката. То немногое, что он видел, превосходило величайшие анджиинские города, даже если взгромоздить их друг на друга. Здесь, наверное, миллиарды… людей? Или инопланетян? Синенов, соунов, мягких лотарков, рак-хундов, филархов. Менанов. Лоуков. Как минимум несколько сотен видов служебных животных, презираемых великими и славными карриксами. А сколько миллиардов самих карриксов обитают в этих зиккуратах? Или в огромных арках, уходящих в небо? И сколько тысяч или десятков тысяч миров подчинены карриксам?

А здесь – он, дерево и прекрасная, но только на расстоянии, грозовая туча. Телу очень приятно без движения. Руки и ноги словно втянулись в него, а само оно распространилось на всю планету, или планета сжалась до его размера. И все же сейчас, как и всегда, в неподвижном центре его усталости скрывалась ярость. Потаенное желание увидеть стертым во прах все, созданное карриксами.

— Я, видите ли, знавала вашу тетю.

Дафид встрепенулся. Ууя Томос стояла между ним и арками, теперь залитыми мягким золотистым светом, в котором она выглядела не женщиной, а тенью. Далеко за ее спиной беспокойно шевельнулся рак-хунд – словно почуял угрозу.

— Я познакомилась с Дориндой, когда нам обоим было… черт… двадцать три? Или двадцать четыре. Что-то в этом роде. В общем, молодые. По-настоящему я ее узнала позже. Я от рождения была ученым, а она – политиком. Подругами мы стать не могли, но я восхищалась ее бесстрашием. Не скажу, что вы сильно похожи на нее.

— Ага, вы пришли, – сказал Дафид, подтягивая под себя ноги и поднимаясь.

— Андермус мне угрожала. Будьте с ней осторожнее. Я согласилась увидеться с вами, и на этом все. Исполнила свое обязательство и покидаю вас, чтобы немного вздремнуть.

— Мальчишкой я читал ваши книги, – сказал Дафид. – «Волка планеты» не понял, но был еще сборник рассказов. «Народ Панопта». Не помню, сколько раз его перечитывал. Чуть ли не сто.

— Вернемся домой, дам вам автограф, – бросила она через плечо, удаляясь той же странной, переваливающейся походкой.

— Насчет новых детей. Я бессилен, – повысил голос Дафид. – Вы им нужны. – Она замедлила шаг. Он рысцой догнал женщину. Бедро побаливало, словно он отлежал его до появления синяка. – Они станут рождаться здесь, не зная ничего, кроме власти карриксов. И что? Для них это будет нормой. Они в этом вырастут. Они не увидят Анджиина. Не смогут представить, как мы жили раньше.

Ууя Томос остановилась и повернулась к нему. Будучи небольшого роста, она не казалась маленькой. Она словно заполнила все окружающее пространство, а ее презрительная мина, казалось, могла резать, как нож.

— И чья же в этом вина? – резко спросила она.

Дафид кивнул на арку:

— Карриксов. Это они виноваты. Во всем виноваты они. Можете меня возненавидеть, я не против, я сам сделал себя мишенью для всеобщей ненависти. Но я стараюсь изо всех сил, чтобы людская доля выжила.