Книга Ресторанчик «Тыквенный фонарь», страница 85 – Анна Кейв

— Эбигейл?! – выдохнула Аманда. – Подождите, вы хотите сказать, что она состояла в возродившемся культе по вашей указке? Вы причастны к ее исчезновению?

Элинор устало прикрыла глаза, будто разговаривала с неразумным дитя, бесконечно спрашивающим, почему снег в ладонях тает. Она раздраженно цокнула языком:

— Вы, Аманда, во всех бедах своей семьи вините меня. Кажется, я уже говорила, что ответственность лежит не на мне, а на вашей бабушке. Вам стоило бы прочистить уши, дорогуша.

Последнюю фразу Элинор выплюнула с презрением. Будь ее воля, она бы обязательно плюнула прямо Аманде в лицо.

Крис часто-часто заморгал.

— Я уже начинаю путаться… Бабушка, давай вернемся к самому началу. Что именно случилось с Милли? Как распалась Ложа? Почему вы с Лидией стали врагами? Мы догадываемся, но… раз уж на то пошло, хотелось бы услышать все от тебя.

Элинор перевела взгляд на внука, намеренно не обращая внимания на Аманду, и продолжила свою исповедь:

— Как я уже сказала, договор о сотрудничестве между людьми и темными силами существует очень давно. Со временем появлялось все больше правил и законов. О них я узнала лишь спустя годы, да и то не о всех.

Она поджала губы, и по ее лицу было ясно: знай Элинор все заранее, ни за что не позволила бы втянуть в этот культ ни себя, ни своих близких.

— Я не стану рассказывать обо всех договоренностях, – продолжила Элинор. – Только о тех, что сейчас имеют значение. По одному из законов человек не может прервать ритуал и отослать духа, не заплатив ему. Это считается оскорблением.

Она медленно провела пальцами по столу, очерчивая круг.

— Во время обряда граница между мирами истончается. И если в этот момент нарушить условия договора, темные силы нашлют на виновного проклятие через связанную с ним Латхиму. Они иссушают род нарушителя и растягивают плату на долгие годы, питаясь жизненной энергией всех поколений этого человека. Латхима этому способствует, потому что может гореть долгие годы, неся в себе проклятие и высасывая силы каждого нового поколения.

Аманда в ужасе прижала ладони к губам.

— Какая дикость!

Элинор равнодушно пожала плечами:

— Эти правила возникли в глубокой древности и были скреплены печатью. Сейчас люди слишком слабы, чтобы переписать законы двух миров. Поэтому у нас остается лишь один выбор – соблюдать их… или нарушать.

— Значит, в тот вечер, когда исчезла Милли… – осторожно начал Крис, но Элинор резко его перебила:

— В тот вечер, когда исчезла Милли, мы собрались в подвале, чтобы провести ритуал. Он был новым – я только-только перевела его с латыни, – и Эдди хотел поскорее опробовать его. К ритуалам он относился так же беспечно, как Лидия к новому рецепту пирога, совершенно не задумываясь о последствиях. Впрочем, мы с Милли и Лидией тоже тогда мало о чем думали… В тот вечер Лидия забыла свой оберег. Она хотела вернуться за ним, но услышала, что на кухне кто-то есть. Идти через лес она отказалась, чтобы не терять время. Тогда Милли сняла с шеи цепочку с подвеской и предложила разделить защиту на двоих. Они встали в круг и взялись за руки, обмотав запястья цепочкой. Но силы оберега оказалось недостаточно, чтобы защитить сразу двоих. – Ее взгляд потускнел. – Есть еще один закон: если темные силы чувствуют уязвимость, они могут поддаться искушению и иссушить человека дочиста, забрав его по ту сторону. Справедливо ли это? Нет. Но люди согласились на это условие, когда заключали договор. Милли исчезла у нас на глазах. Просто… испарилась. Лидию духи забрать не успели: теперь оберег защищал только ее. Мы все испугались, но продолжали стоять в круге, ведь ритуал нельзя было прерывать.