Книга Рассвет ярости и гнева, страница 7 – Мелисса Рёрих

Сайрус(закидывая руку ей на плечи):

— Пойдем в Цитадель, дорогуша. Я прихвачу магвуд. Это поможет.

Скарлетт (скептически):

— И как он поможет?

Сайрус(протяжно):

— Думаю, не узнаем, пока не попробуем. Но как минимум ты немного расслабишься. А то я смотрю, Сорин с этой задачей не справляется…

Сорин:

— Я все слышал, ты, говнюк.

Кто останется стоять?

Под ее босыми ступнями не было ничего, кроме камней, земли и обломков. Небо, которое в тот миг, когда она впервые ступила сюда, было ясным и голубым и с каждой минутой, пока она стояла среди руин мира, некогда величественного, стремительно серело. Да, этот мир был порочным, жестоким и надломленным, но его оболочка все же была величественна. Красота внешнего фасада скрывала яд, расползавшийся по королевству: убивая, отнимая, разрушая…

На кончиках ее пальцев потрескивала молния: искры серебра и золота, белого и черного мерцали в ее силе. Тесса глубоко вдохнула, усмиряя ярость, что разгоралась в груди. Она никому не сказала, что придет сюда. Знал лишь один — тот, кто помог ей сюда попасть. Пожалуй, стоило взять с собой Роана или Нилу, чтобы они помогли ей не терять связь с реальностью. Прошло уже несколько десятилетий с тех пор, как она бывала в этом мире. Она и не думала, что это место способно… заставлять ее чувствовать.

Но ей следовало знать.

Этот мир всегда будет заставлять ее чувствовать.

Потому что это было последнее место, где она видела его.

Потому что это всегда было нечто большее, чем просто связь.

Тесса оглянулась через плечо. Зеркальные врата, сквозь которые она прошла, стояли в нескольких шагах. Но Пантеон, некогда их хранивший, лежал в руинах. От него остались лишь треснувшие колонны и раскрошившийся камень. Теперь она могла видеть внутренний двор, где когда-то возвышался фонтан, величественный и царственный. Теперь ей не нужно было пробираться по коридорам Пантеона, и Тесса быстро дошла до разрушенного сооружения. Половина фонтана исчезла, вода в нем давно перестала течь, но вторая половина все еще держалась, хоть и была испещрена трещинами.

Тесса провела рукой по краю чаши и нащупала трещину, которая появилась еще до того, как этот мир погиб. Трещину, которую она сама оставила своей силой, призывая к Рыцарям Света. Наклонившись, Тесса не смогла сдержать удивленного вздоха. Мозаики шести Первородных богов и богинь каким-то чудом остались нетронутыми, безупречными. Ни единой царапины, ни единого скола на плитках. Склонив голову, она разглядывала их и невольно думала, что кое-что мастера изобразили неверно — особенно Селесту, всего лишь мелкие детали тут и там. Но не Ариуса. Его мозаика была идеальной: темные волосы, изумрудные глаза, надменный изгиб губ. Мастеру даже удалось передать ауру его тьмы и силы.

Так невероятно похож на него.

На самом деле странно, учитывая, что его отделяли от Ариуса сотни и сотни поколений.

Как они могли быть настолько похожим?

Даже если отбросить генетику, это казалось немыслимым.

Выпрямившись, Тесса собралась направиться к городскому дому, который когда-то почти казался ей родным. Но, повернувшись, она замерла. Этот мир был уничтожен. Мойры сделали это, когда искали ее. И все же…

— Здравствуй, хитрая буря.

Она ничего не ответила.

Лишь смотрела на него.

Иссиня-черные волосы, вечно падающие на лоб. Изумрудные радужки, в которых клубились тьма и грех. Костюм без пиджака. Кольца на пальцах. Метка Ахаза. Ее Метка. Которая была навечно запечатлена на тыльной стороне его левой руки.