Книга Как зомби из трущоб вернула свой кайф, страница 19 – Диана Роулэнд

— Ага, полагаю, что так, — со смехом отозвалась я, плюхаясь в кресло. — Ты какими судьбами здесь? Давненько тебя не видела.

— Скоро у меня тут неподалеку встреча по вопросам безопасности, — объяснил он, после чего похлопал себя по верхней части груди. — Рассудил, что сейчас удачный момент для доктора Никаса, чтобы проверить мой порт и протестировать новую модификацию.

Я узнала о существовании портов и модификаторов всего несколько месяцев назад, но уже всерьез подумывала о том, чтобы внести их в свой список подарков на Рождество. Модификаторы — или просто модики — представляли собой специализированные препараты, которые при необходимости либо подстегивали, либо приглушали активность паразита. Сам порт вживлялся под кожу и обеспечивал легкий способ введения модика в организм. С помощью порта препараты можно было доставлять как мгновенно, вбрасывая всю дозу в систему разом, так и настраивать их на хранение и медленное высвобождение. Модики могли давать довольно охрененные эффекты: например, более эффективное использование мозга, обострение чувств или устойчивость к транквилизаторам, которые действовали на зомби. В общем, куча полезных штук.

Минус заключался в том, что одновременно можно было использовать только один или два модика, а некоторые из них вообще нельзя было смешивать без тяжелых побочек. В этом плане они во многом походили на обычные человеческие лекарства.

— С этим всё нормально прошло? — спросила я.

— С модиком всё еще есть пара косяков, но выглядит многообещающе, — ответил он. — Он разработан для краткосрочной турбо-прокачки способностей зомби. Скорость, сила, рефлексы, органы чувств и всё такое. Неплохо иметь под рукой на случай чрезвычайных ситуаций. — Он потянулся и подавил зевок. — Но прямо сейчас я просто жду, не будет ли чего у мистера Иванова для меня, прежде чем я свалю.

— Смотри, не утони в пучине этого бурного восторга, — с усмешкой бросила я. — Как вообще остальные дела?

— Рутина в мире зомби-безопасности, — отозвался он, что, как я рассудила, было его способом сказать, что он ни хрена не может рассказывать. — В Племени скучно не бывает.

Племя. Организация Пьетро Иванова на самом деле состояла из целого ряда корпораций — сети похоронных бюро, агентств недвижимости, строительных компаний и даже медицинских клиник, которые служили ширмой для исследований зомби. И наверняка там была еще тонна всего, о чем я даже понятия не имела. До недавнего времени я про себя называла всю эту лавочку «Зомби-Мафией», однако после некоторого времени постоянной работы в лаборатории я обнаружила, что люди в организации — как люди, так и зомби — называют её «Племенем». Поразмыслив над этим — и уже получше узнав Пьетро, его людей и его цели, — я прониклась реальностью всей этой темы с общими узами и взаимной поддержкой и нехотя согласилась, что «Племя» — более подходящая кличка.

По крайней мере, в большинстве случаев. Всё-таки были причины, по которым ярлык «Мафия» вообще изначально всплыл в моей голове, и это теневое течение до сих пор жило и процветало.

Я уставилась на Брайана:

— Тебе вообще никогда не удается выбраться куда-то и пожить для себя?

Глаза Брайана округлились в наигранном изумлении:

— Ты имеешь в виду… не быть на связи? — Затем он рассмеялся. — У меня бывает свободное время, конечно, но по-настоящему со службы я никогда не свинчиваю.