Книга Как зомби из трущоб вернула свой кайф, страница 35 – Диана Роулэнд

Маркус напрягся, и я крепче вцепилась в его руку. Я знала — точнее, надеялась, — что Кайл не хотел оскорбить Маркуса, намекая, будто тот представляет такую же нулевую угрозу, как и я.

К несчастью, Кайл, судя по всему, этого не осознавал, как и Филипп.

— Это всё, что мне понадобится, — ответил Филипп, тоже подаваясь вперед.

Напряжение завибрировало по всему телу Маркуса, хотя он и сохранял самообладание на лице. Куда большее самообладание, чем проявила бы я в аналогичной ситуации. Дерьмо. Я перехватила взгляд Наоми. Её улыбка застыла, а под кожей явно читалась гримаса досады. Она-то всё поняла, даже если эти двое мужчин были в полном неведении.

Я резко схватилась за воротник своей футболки, оттянула его и заглянула себе на грудь:

— О боже мой! Кажется, у меня только что пробился волос на груди от всего этого избытка тестостерона за столом.

Наоми покатилась со смеху, благослови её бог, а Кайл и Филипп разорвали зрительный контакт и откинулись на спинки своих стульев. Филипп скользнул взглядом в мою сторону, и я заметила, как изменилось выражение его лица, когда он считал напряжение Маркуса. Он открыл было рот, чтобы что-то сказать, но я едва заметно качнула головой. Любые слова сейчас только усугубили бы ситуацию.

К моему бесконечному облегчению, именно в этот момент подошла официантка, чтобы принести напитки и принять заказ на еду. Маркус переключил внимание на официантку и по привычке закатил глаза, когда я заказала филадельфийский чизстейк без болгарского перца. Все остальные тоже нашли это забавным, несмотря на мои заверения, что болгарский перец — это редкостная гадость, и напряжение окончательно испарилось. Наоми завела непринужденный разговор на какую-то безобидную и пустяковую тему, и мы все расслабились под её болтовню. У нее был необъяснимый талант успокаивать зомби, порой настолько, что они выкладывали ей свои самые сокровенные тайны. Это качество вкупе с её природной интуицией делало её чертовски проницательной штучкой. К тому времени, как официантка принесла еду, все, казалось, стали на порядок меньше стрессовать.

Телефон Кайла зажужжал как раз в тот момент, когда официантка принимала у нас заказ на пирог. Он ответил коротким: «Гриффин», а затем слушал в тишине почти полминуты, за которые официантка забила на него и нетерпеливо упорхнула прочь.

— Понял, — наконец сказал он, повесил трубку и посмотрел на Наоми. — Нам пора.

Она выудила деньги из сумочки и бросила несколько купюр на стол.

— Долг зовет, — произнесла она с улыбкой, пока они с Кайлом поднимались со своих мест. — Ведите себя хорошо, и да, можете забрать мой пирог.

— Если ты снова сваливаешь на Таити, я даже знать об этом не хочу, — бросила я ей.

Она лишь рассмеялась, взяла Кайла под руку, и они лавируя между столами направились к выходу.

Филипп тихонько прокашлялся:

— Мне, пожалуй, тоже пора ехать, — сказал он, также выкладывая деньги, чтобы покрыть свою долю. Я была почти уверена, что ему особо некуда спешить, но он оказался достаточно тактичным, чтобы вовремя распознать свой статус третьего лишнего. — Еще увидимся, Энджел, — сказал он. Я ответила чем-то в том же духе, и, обменявшись с Маркусом прощальным мужским кивком, он ушел.

Поскольку люди уже вовсю ждали свободные столики, мы с Маркусом не стали долго задерживаться — ровно столько, чтобы по-быстрому схавать пирог, оплатить счет и оставить официантке щедрые чаевые из тех излишков, что скинули остальные. К тому времени, как мы вышли на улицу, солнце уже скрылось за зданиями, и западное небо полыхало оранжево-пурпурным заревом. Температура тоже заметно упала, и я обхватила себя руками.