Книга Ян и Инь 2. Путь к свободе, страница 72 – Павел Вяч, Ник Вотчер

В какой-то момент я обнаглел настолько, что подошел к костру, рядом с которым стоял котёл с едой и сидел одинокий монгол, который время от времени прикладывался к кожаному бурдюку. Взяв одну из мисок, я зачерпнул содержимое и тут же шагнул обратно.

— Погоди, юный дайчин. Ты же с зунгара? — спросил меня оторвавшийся от бурдюка монгол, глядя в огонь.

Я промолчал, но на всякий случай кивнул, когда он бросил на меня свой взгляд.

— Я тоже, — вздохнул он. — Держи, промочи горло. Твои старшие тебе поди такое ещё не дают.

Взяв протянутый бурдюк, я оглянулся по сторонам, увидел с десяток снующих туда-сюда монголов, и, осознав, что незаметно мне этого любителя поболтать не убить, приложился губами к горлышку и сделал осторожный глоток.

Вкус был отвратительным. Что-то кислое, солёное, при этом острое и отдающее чем-то молочным. Я с трудом удержал это во рту и проглотил, постаравшись сильно не кривиться, и протянул бурдюк обратно довольно улыбающемуся монголу.

— Впервые попробовал? — спросил он, снова вливая в себя этот… напиток.

— Да, — подтвердил я, зачерпывая рукой и отправляя в рот содержимое миски.

Неплохо. Судя по всему, тут было мясо, что-то сырное или творожное и какие-то корни.

— Ступай! — махнул мне рукой монгол, отдыхай, завтра, возможно, нам предстоит бой с русами.

Я последовал его совету, отправившись гулять дальше по лагерю и прислушиваясь к разговорам. Где-то на меня шипели и прогоняли, один раз мне досталось палкой, но зато я понял, что лагерь был распределён на три части.

Ругать меня начинали только взглянув на одежду. Со временем я и сам научился различать различные нашивки. Тот любитель странного напитка сказал, что я отношусь к зунгару. Как оказалось, так тут называли левое крыло войска. А ругали меня урды, которые были центром войска.

Ходил по лагерю я не просто так. Я считал воинов, лошадей, убивал одиночек и даже спровоцировал крупную драку, оставив рядом с трупом одного из урдов пару вещей, захваченных мной из шатра зунгаров. Сам я участия в драке не принимал, но Инь поглотил ещё двух духов.

В какой-то момент, когда уже почти все в лагере спали, я нарвался на какого-то командира, который криками и пинками задал мне направление к группе бойцов, которые выглядели довольно потрёпанно.

Я не стал возмущаться и сопротивляться. Улёгся с краю и, принялся дожидаться, когда все уснут. Заодно, пока ждал, разобрался с произошедшими изменениями. Всё же Инь за эти дни успел поглотить немало духов лошадей. Это дало мне повышенную выносливость и добавило немного скорости. Где-то внутри была уверенность, что я могу без остановок, довольно быстро бежать несколько часов.

Когда все вокруг уснули, я бесшумно поднялся и отправился ловить лошадь. Инь заверил меня, что у нас не возникнет сложностей с её подчинением. А ведь это то, чего я боялся больше всего. Без скакуна я просто не успею добраться до утра до города и передать нашим важные новости.

Я крался в темноте, пока не оказался недалеко от основного лагеря, не забыв по пути прихватить чьё-то седло и другое снаряжение. Оседлав указанную Инем лошадь, я запрыгнул на неё и незаметно скрылся в ночи, радуясь про себя, что в темноте монголы приняли меня за своего.

Путь до города предстоял не близкий, и дабы немного его скрасить, я решил обсудить с Инем всплывшие у меня в голове видения. Очень уж сильно меня зацепило то, что я так быстро про них забыл. Это было ненормально, и я хотел выяснить, в чём была причина.