Книга Бастард Великой Орды, страница 141 – Александр Майерс, Андрей Абрамов

Всё вокруг завертелось.

Не было больше кузницы, не было Транна, не было орклинов-помощников. Не было острога.

Мощное ядро вывело закалку на новый уровень.

Вокруг бушевало пламя пополам с первородной силой. Их потоки сплетались воедино, проникая друг в друга, и закручивались вокруг нас неугомонной стихией.

Эфир буквально заполонил собой каждый уголок мира, рождённого в наших же головах.

И тут я увидел, как Урзул накренился. Массивный подбородок глухо упёрся в грудь.

Когда шаман начал заваливаться набок, я едва успел ухватить его за руку, ощущая под пальцами твёрдую как камень кожу. Грузное тело повалилось вперёд, утыкаясь лбом мне в плечо.

Оставалось только придержать его — медитацию прерывать нельзя. Энергия ядра должна усвоиться прежде, чем завершится закалка, иначе случится откат.

По ушам ударил противный писк. Ревущее вокруг пламя забурлило, принимая туманные очертания. Сначала проявились узловатые ходули, покрытые чёрным пушком, потом брюшко, с сочащимися слизью язвами, последним из огня вынырнула уродливая голова с пламенеющей короной на затылке.

Дух паучихи!

Хищные жвала клацнули в пальце от моего лица и впились в плечо шамана. Кожа в том месте поползла огненной сетью. Урзул еле слышно застонал. На лбу начали проступать мертвенно-бледные пятна.

Я рванул старика на себя, хватая паучиху за шею. Мысленно призвал эфирный кинжал, и, едва клинок обрёл плоть, вогнал его по самую гарду в пульсирующий глаз.

Дух задрожал, словно дым на ветру, и рассыпался тлеющим пеплом, напоследок обдав меня жаром.

В духовный корень хлынул поток энергии. Я до скрежета сжал зубы, балансируя на грани сознания. Рука сама сгребла Урзула за шкирку и встряхнула того, как щенка. Шаман с трудом разлепил мутные глаза, а я почувствовал, как на меня накатывает приятная темнота.

Мир вокруг схлопнулся в точку.

* * *

Сознание вернулось мгновенно, как после кошмарного сна. Я шумно выдохнул и рывком сел в кровати, сгоняя тягучее оцепенение.

Тело ломило как после спринтерского забега. Руки и ноги гудели. Внутри всё ходило мелкой дрожью, будто я всю ночь не просыхал от пьянки. По новым руслам каналов мерно тёк эфир, напитывая Круги на запястье, и заполняя собой духовный корень.

Разве что голова оставалась ясной, да глаза уже привыкли к царящему вокруг полумраку.

Я окинул взглядом помещение. Что за хрень⁈

Костяная люстра с подфакельниками. Тлеющий очаг. На полу раскиданные шкуры варгов, всех мастей и размеров — от светло-бурых до иссиня-чёрных с пепельными вкраплениями.

От тяжёлых портьер на высоких окнах исходила уютная тишина. Ни один звук не пробивался сквозь плотную грубую ткань. Только в жаровне у изголовья тихо потрескивали угли, а из подвешенной над ней пиалы куце вился дымок.

Скрипнула тяжёлая дверь. В проёме мелькнула голова стражника и сразу же исчезла. Коридор наполнился гулом голосов.

В опочивальню ввалились Урзул и Зарра. Оправились, будто перед важной встречей, и торжественно подошли к кровати.

— Сколько я провалялся? — я тряхнул головой, отгоняя накатившую истому.

— Вторые сутки пошли, — Зарра дунула в пиалу, разгоняя приятный травяной аромат.

Да уж, запах душистых трав сейчас не помешает. Прёт от меня, как от козла в самый жаркий сезон.

Я откинул шкуру, и моя рука повисла в воздухе. Я лежал на перине абсолютно голый.