Книга Некромант. Архитектор теней. Том 1, страница 77 – Сергей Карелин, Андрей Абрамов

Я облокотился на стенку и с интересом наблюдал, как всё разыгрывается по моему сценарию. Всегда любил уличные пьесы. Это ж какой труд! Расписать историю, выучить роли, поставить декорации и всё ради того, чтобы подарить людям эмоции. В данном случае, всё это делалось ради одного человека.

Староста вещал о начавшейся подготовке к посевной, о вкладе каждого в развитие общего дела, о грядущих переменах, и чем больше он говорил, тем кислее становилась морда у Кулебина. Конечно! Кому интересно слушать всякую брехню, когда вот-вот должны были объявить о смерти графа.

Я улыбнулся. Пришло время и для моей роли.

В самый разгар воодушевляющих речей, я протиснулся сквозь ряды крестьян и вышел в центр.

Народ ахнул, не ожидав такого поворота событий. Кто-то даже захлопал, но продлилось это недолго. Люди ещё не привыкли, чтобы граф совал нос в дела работяг.

— Ваша светлость! — наигранно вскинул руками староста. — Вы бы предупредили…

Что говорил Юрий Степанович, я слушал вполуха. Мне важна была реакция Кулебина, и он её мне показал. Замер, как истукан, выпучив глаза, а потом попятился, раздвигая людей руками. Стоящее рядом бабьё развозмущалось, мол, тут люди вообще-то слушают, а он прёт, как баран, всех толкает.

Надеюсь, Краснов сработает как надо. Кулебин всё же крепкий мужик. На голову выше Миши.

— Тихо! — успокоил я гудящую толпу. — У меня для вас несколько новостей.

Наступила тишина. В целом, почти на всех лицах я видел заинтересованность.

— С этого дня Ваганьковское, Кедровка, Верхние и Нижние Куличи находятся под моей защитой. Ни одна бандитская морда больше не посмеет сунуть сюда нос. Но это не дело одного дня. Поработать придётся всем. И много. Оброк, который вы платили графу, как его подданные и возделывающие его землю — временно отменяется, то же касается и продуктов вашего труда. Их я буду покупать у вас по рыночной стоимости.

Народ снова заохал и захлопал в ладоши, на этот раз в полном составе.

— Также, этот год объявляется годом семьи. Каждая вновь узаконенная пара получит единоразовую выплату. За рождённого ребёнка тоже будут полагаться выплаты, начиная со второго. Но предупрежу! Любой случай злоупотребления будет жестоко наказан. Суммы мы потом обговорим с Юрием Степановичем.

Тот, кстати, выронил из рук шапку и смотрел на меня, как на дурака. Разве я не рассказывал ему о своих планах?

— А кто будет узаконивать, ваша светлость? — крикнули из толпы. — И по чьим законам?

Хороший вопрос. Я встретился взглядом со старостой. Тот пожал плечами.

— Временно эта обязанность возлагается на Юрия Степановича, с соответствующей доплатой и обязательно под моим контролем. По поводу законов, пока на нашей земле будут действовать законы бывшего княжества. И ещё. До тех пор, пока у нас нет собственной гвардии и охраны, будет собрана народная дружина, с жалованием. Кто готов записаться, можете подойти после собрания к Юрию Степановичу.

Староста заулыбался.

— А чтобы всё у нас хорошо получилось, — я кивнул сам себе, услышав в наступившей тишине звуки ударов, — для начала мы вычистим всех крыс, которые позарились на наш хлеб.

Где-то вдалеке раздались крики, и народ засуетился. Через минуту, расталкивая всех, в круг вошёл Краснов, ведя перед собой Кулебина. Нос у мужика был расквашен и сильно кровил.