Книга Признаться в любви нелегко, страница 47 – Линдсей Армстронг

Но Бретт, как отметила Никола, смотрел только на нее и ничего не ответил Мариетте.

— Странные вещи ты говоришь, – неожиданно для себя заметила Никола. – Я станцевала для них вчера такую самбу, какой они уже давно не видели. Мне устроили настоящую овацию. – Она повернулась к молодому человеку крупного телосложения, стоящему рядом с инвалидным креслом Криса. – Ты не представишь меня, Мариетта?

— Дорогая, это Ральф Метколф. Не правда ли, он великолепен?

Ральф залился краской, и Никола, придирчиво оглядев его, решила, что так оно и есть. Очень высокий, на вид меньше тридцати. У него были длинные светлые волосы, классические черты лица и приветливые голубые глаза.

— Кажется, вы играете на арфе? – спросил Ральф с милой застенчивой улыбкой.

— Да, играю. А вы – на гобое?

— На английском рожке, точнее. – Он говорил с несомненным английским акцентом. – Звук рожка более сочный, более печальный и гораздо таинственнее, не согласны?

— Не заводи его, – с улыбкой вмешалась Мариетта. – Ральф, это Никола – вторая жена Бретта. Вопреки всем существующим традициям мы прекрасно относимся друг к другу.

— Очень рад! – пылко воскликнул Ральф. – Я против всяких осложнений и проблем. Куда приятнее с любовью относиться друг к другу.

— Да, конечно, – сказал Бретт, нетерпеливо поводя плечами, в то время как Никола старалась подавить сумасшедшее желание расхохотаться. – Большое спасибо за то, что посидели с малышами…

— Мы больше не малыши, папочка, – возразила Саша с нежностью и, схватив его руку, прижала к своей щеке. – Мамочка говорит, что мы так выросли за последние два месяца, что она просто не может поверить. – И Саша схватила за руку и Мариетту.

Никола замерла, глядя на них. Ее словно молнией пронзила мысль, что ради благополучия Саши и Криса она не должна больше пускать все на самотек. Если Мариетта захочет вернуться снова, Никола, по крайней мере, не будет ей мешать. И этот любитель английского рожка тоже не должен стоять на пути – так же, как и Тара.

Скорость, с которой все это прокрутилось в ее голове, была под стать последовавшему за этим проявлению находчивости.

— Ральф, – сказала Никола, – я бы… с большим удовольствием показала вам Кэрнс. Я уверена, что Мариетта и Бретт захотят побыть какое-то время одни с Сашей и Крисом. Смотрите, как раз выходит солнце! Может быть, мы покатаемся?

— Ники…

— Никола…

Бретт и Мариетта сказали это в один голос! Мариетта – удивленно, Бретт – строго.

Но она с улыбкой посмотрела на них обоих.

— Не волнуйся, я позабочусь о нем, – успокоила она Мариетту и, расправив плечи, повернулась к Бретту. – Так не может продолжаться, – очень спокойно сказала она, – вам двоим нужно поговорить.

Она взяла Ральфа за руку и потащила его из комнаты.

— Она мне не говорила, – ошеломленно пробормотал Ральф Метколф.

Они обедали в бухте Пам-Коув, сидя под белым зонтом на зеленой лужайке, которая вела к пляжу. Солнце появилось из-за туч, хотя все еще было прохладно.

Никола попросила себе филе в кляре, сделанном на пиве, и салат, а Ральф – огромный бифштекс. Они заказали бутылку вина, и Никола, хотя и мучилась от мысли, что должна объяснять все совершенно незнакомому человеку, рассказала ему, что ее брак с Бреттом был всего лишь браком по расчету.

— И что это значит? – Он ошеломленно смотрел на нее.