Книга Начальник, страница 31 – Виталя Гусынин

— Значит так. Про смерть девки, ни куда дальше не сообщай. Дело — дрянь, блин ё. Снова чёрное пятно на отделе твоем. У меня есть идея, как это все обыграть можно. Сейчас поеду в уголовку, пообщаться с этим громилой. Вчера так и не попал к нему. — Рассуждал Титов.

— Может я сам? Не гоже, начальнику криминальной милиции, по отделам шататься, да шпану всякую колоть. — Перебил его Киряков.

— Станислав. А кто еще будет этим заниматься? Если вы, кроме как налажать, больше ни хрена не можете, блин ё! — Начал ругаться Георгиевич. — Ты займись лучше делом по убийству директора АТП. Черт его тоже побрал, уйти не вовремя на упокой! — Произнес последние слова, еле слышно он.

— Так а что, это дело тоже на нас? — Удивился Киряков.

— Естественно, Стас! Все по вашему профилю. Все сходиться на то, что это бандитские разборки.

В отделении уголовного розыска, в кабинете старшего оперуполномоченного, сидел огромный, высокий парень, в черной борцовке и военных штанах. Это была просто груда мышц и сухожилий. Одной рукой он был прикован наручниками к чугунной батарее, а второй держался за разбитую и перебинтованную голову, грозно поглядывая на присутствующих.

— Ну что? Поговорим? — Сходу начал Георгиевич.

— Ты кто? Представься сперва! — Буркнул в ответ мужчина.

— Я генерал милиции — Титов Сергей Георгиевич.

— Наслышан. Начальник значит сам лично приехал. Ну, какой у тебя разговор ко мне? — Не стесняясь, переспросил тот.

— А ты тут особо то не зазнавайся. На тебе серьёзная статья. Сопротивление при зажержании, нападение на сотрудника и угроза жизни. — Продолжил Титов.

— Какая статья? Че ты мелишь, генерал? Какие в жопу сотрудники? На хрена меня вообще задерживали? Я не знаю короче, кому я там башку снес, но то, что они были из милиции, я не при делах. Ксиву мне ни кто не показал. Я в ванной купаюсь, а в меня двое стволами тычят, в моем же доме. И че мне делать надо было? Ну я и защищался.

— Тебе кричали, когда задерживали. — Уточнил опер.

— Не надо мне тут ля ля-ля. Я тоже могу кем угодно представиться, хоть президентом. Не значит же, что я им являюсь. Не пришьете мне это дело, по-любому обломится. Я не пальцем деланный, начальник. Кроме этого, у вас на меня ни хрена нет. Так что и не крути меня! — Дерзил парень.

— Не было. До того момента, пока твоя сестренка, тебя с потрохами не сдала. Мне одно интересно. Вы че бля, трахались шоль с ней? Та готова была, в шелках и с голыми сиськами и ты со своим стояком из ванной вылез. У вас в семье че, так положено, чтоб брат сестру…

— Шо ты мелишь, начальник? Берега не путай! Она мне сестра! А че она там делала и к чему готовилась — не ебет! А я к телкам собирался, вот и намывал свои яйца. Так устроит? Че она тебе сказала? Не поверю! Она и не знает ни чего, а это все бред, че ты мне лепишь. Развод ваш ментовской!

— Ну как знаешь. Тогда посиди тут. А завтра поедешь в СИЗО. Вот следователь заберет дело себе, там есть о чем почитать. Сам видел. Девчонку то мы отпустили. Спрячем естественно, чтобы с ней до суда вашего ни чего не случилось. А суд обязательно будет. И она там выступит за ценного свидетеля. Ты не сомневайся. А ты думай-думай. — Усмехался Георгиевич.

А тем временем Киряк беседовал с работниками «ТрансСтрой 1», по поводу убийства их директора. Все как один, ни чего не могли сказать и не знали.