Книга Красавица и Босс, страница 2 – Агата Лав

— Да, один раз.

— Это хорошо.

— Будет несколько пересадок?

— Да. Я точно не подскажу, но путь долгий, мисс Котова.

Он ведет меня по бесконечному коридору. Потом снова лифт, лестница, несколько дверей и выход на крышу здания. Вскоре я стою на вертолетной площадке и стараюсь запомнить каждое слово инструктажа. Юрист зачитывает мне параграфы прямо с бумажки, которая дрожит на ветру и бьется об кожаную папку. Хотя он то и дело переводит взгляд на наручные часы и недовольно хмурится.

Мы ждем второго пассажира.

Того самого Бьёрна Хансена.

Я погуглила его имя вчера, что сделала определенно зря, пришлось открывать упаковку успокоительного. Его фотки, которых нашлось совсем немного, не обещали ничего хорошего. Суровый северянин лет сорока. С непроницаемым лицом, которое не умеет изображать других эмоций, кроме холодной сосредоточенности. Хотя может он нефотогеничный… Или ракурс неудачный. Или он все же обычный босс с хозяйской выправкой и грубым голосом.

Тем более он безопасник, человек почти военный. От одной этой мысли у меня сводит скулы, но выбирать не приходится. Нужно искать подход к нему или поменьше попадаться на глаза. На вышке можно спрятаться? Я плохо себе представляю, что меня ждет, но есть надежда, что там попросторнее, чем в подводной лодке. На ум приходят именно такие ассоциации. Ведь замкнутое пространство и мужская команда.

— Кроме меня на вышке будут еще женщины? — я обращаюсь к юристу, когда он дочитывает последний пункт.

— Вряд ли…

Мужчина заглядывает в свою папку и пролистывает несколько страниц, пока не находит нужную. Тогда он цепким взглядом проскальзывает по строчкам, вчитываясь в фамилии работников.

— Да, мисс Котова, вы одна.

Бьерн

Он приехал злой как собака. Он не спал, не ел, но зато разругался со всеми, кто успел попасться на глаза. Сроки горели, а местные управленцы делали вид, что в сутках пятьдесят часов. Бьерн терпеть не мог приезжать по делам в центр Вены, где нужно было натягивать на себя удавку, пиджак и улыбчивую рожу. Он бы лучше прихватил автомат, чтобы быстрее решать вопросы.

— Ни слова, — прошипел он, когда юрист кинулся ему навстречу.

— Но, Хансен…

Бьерн выставил ладонь, выхватив папку с документами из ладоней юриста, и молча забрался в кабину вертолета.

— Чего мы ждем? — бросил он пилоту, который откладывал взлет.

— Девушку.

— Какую еще девушку?!

— Вон ту, — пилот указал направо. — У меня указано два пассажира.

Да мать твою!

Он не заметил ее, хотя по телефону ему что-то говорили о помощнице. Бьерн ни черта не понимал, зачем ему девица в командировке, тем более на нефтяной вышке, но руководство как будто сошло с ума. Ему приказали взять ее и точка. Его довод, что баба на корабле к беде, почему-то не сработал.

— Имя? — Бьерн подозвал девчонку, высунувшись из кабины.

— Что?

Она была бледная как смерть. Какая из нее медсестра? Ей бы самой кто капельницу с витаминами поставил.

— Имя у тебя есть?

— Да, — закивала. — Валентина Котова.

— Русская?

— Да. Это проблема? Я знаю, что говорю с акцентом на английском…

— Я тоже говорю с акцентом. Хотя ты права, проблема есть, — Бьерн опустил взгляд ниже. — Твой маникюр. Не боишься, что обломаешь коготки?

Все-таки кукла.

Да что за день!

Бьерн глубоко в душе надеялся, что ему пришлют угрюмую тетку с карьерным оскалом. Такую можно было занять делом и не бояться, что она свернет себе шею на нефтяной вышке. Или, на крайний случай, кого-нибудь из организации «по борьбе за равноправные права женщин», из тех умалишенных, которым неймется и хочется залезть то в шахту, то за руль асфальтоукладчика. Тут Бьерн тоже нашел бы, что делать, а вот нянчиться с барби — все равно что проклятье.