Книга Вдовец, страница 63 – Агата Лав

— И свет тоже, — я замечаю желтоватое эхо, что спускается сверху.

— Что не так?

— Что? — приходится вновь поворачиваться к нему. — О чем ты?

— Тебя что-то беспокоит, я вижу. Если это из-за нас с Кириллом, то мы немного успокоились, больше глупостей не будет.

— Вы долго пробыли наверху.

— Он простучал каждую дощечку, — Итан грустно усмехается, — я уже думал, он там заночует. С ним трудно, когда он увлекается… Я начинаю понимать, как он дошел до такой жизни.

— Какой?

— Вчерашней. Хочешь честно? Он болен и ему нужна серьезная помощь.

Он говорит, а я смотрю на детали. Замечаю полустертую родинку над верхней губой, и два кольца на среднем и безымянном пальцах, они совершенно одинаковые и даже как будто размер один, потому что с безымянного кольцо хочет свалиться. А его рубашка застегнута через пуговицу, словно он торопился, когда собирался, или ему просто плевать.

И я могу продолжать, замечая новое и новое. Теперь почему-то замечаю… Хотя крупные ладони я отметила еще в кафе, пока сидела завороженная напротив Итана. Осталось только представить силу возможной пощечины.

— Его буквально перемкнуло, — продолжает он, — ничего не волнует, кроме расследования. Там наверху один мусор, но Кирилл мог бы копаться часами, перебирая каждую пылинку. Он боится остановиться и боится что-то упустить.

— Но он упустил, — я коротким жестом указываю на стол, который стоит в большой комнате как раз за спиной Итана.

— Да, он чертовски зол на себя за промах. Кирилл же из победителей, он не может ошибаться и проигрывать.

— Ты не такой?

— О, нет, я часто получал по носу.

Я молча киваю, хотя верю с трудом. И я хочу подняться наверх, посмотреть, как устроен чердак дома. Только мне мешает странное чувство, которое зародил во мне голос Ольги. Я вдруг вспоминаю, что это мертвый голос, что ее больше нет с нами, и записанные мысли как последний мостик в настоящее. Это так странно — слышать человека, который больше ничего не скажет. Поэтому мне страшно за оставшиеся страницы, успела ли она записать главный ответ? Хотя бы намек?

— Я прочитала пару записей Ольги, — бросаю, останавливаясь у лестницы.

— И что там?

— Много тебя, как ты и говорил.

— Я там плохой или хороший?

Он не смущен. Я выбью из равновесия скорее себя, чем его.

— А как ты думаешь? Ты же говорил об образе, который отыграл от и до, значит знаешь свою роль.

Итан приближается, я слышу тихие шаги за спиной и оборачиваюсь, заставляя его остановиться. Он замирает на месте и хмурится, не пряча замешательство. Да, он все же замечает мою перемену и хочет понять причину.

— Круто трахаю, отлично выгляжу и готов к экспериментам. Думаю, таково досье на меня.

Он бросает короткую улыбку как спасательную веревку, за которую я могу ухватиться. Перевести все в шутку и забыть острые интонации в голосе.

— Что-то определенно не так, — выдыхает Итан, когда я затягиваю паузу и не реагирую на его улыбку.

— Ольга упоминает Альбину, они были знакомы.

— Черт… Да? Значит она записала всё.

— Так ты знал? И молчал?

— Саша, послушай, я не знаю, как тебе объяснить, чтобы ты не начала смотреть на меня как на врага.

— Тогда пусть Ольга объяснит за тебя.

Я разворачиваюсь, чтобы уйти, но Итан ловит меня за локоть.

— Я солгал Кириллу, что не знал Альбину. Он бы зацепился и начал бы еще один виток расследования. С него уже достаточно… Я видел ее один раз, мы даже не разговаривали, провели в одной комнате десять минут и больше не пересекались.