Книга За полчаса до развода, страница 17 – Мира Айрон

Когда я вернулась домой, впереди была ещё неделя отпуска. Её я провела за чтением, просмотром любимых фильмов и размышлениями.

Сим-карту менять на «домашнюю» пока не стала. Мне нравилось моё спокойствие и душевное равновесие; не хотелось, чтобы кто-то вновь заставлял меня переживать.

Я думала о жизни, о своей судьбе, о дружбе и предательстве, и конечно, о любви.

Господь дал мне испытать любовь, которая бывает в жизни не у каждого; он создал меня умеющей любить верно и преданно. Он подарил мне Лёшу, а вместе с ним — огромное счастье. Но наша любовь не выдержала испытаний.

Нет, не так. Любовь выдержала, потому что я по-прежнему люблю Лёшу, а Лёша любит меня, я это знаю, чувствую. Тут даже слова не нужны, они лишние. Но мы сами не выдержали испытаний. Вот такой парадокс.

Я не жалела о том, что Лёша подал на развод. Возможно, это как раз то, что нужно нам. Однако «отдохнув и набравшись сил», я простила Лёшу. Не оправдала, нет. Простила. Сложнее всего было вычеркнуть из жизни прошедшие три года, но я с успехом справилась и с этой задачей.

Я была уверена: нас ждёт впереди новая, прекрасная жизнь. Не знала лишь одного: эту прекрасную жизнь мы будем проживать вместе, или каждый сам по себе.

…Утро двадцатого сентября началось не с кофе.

Утро началось с мысли о том, что похоже, от кофе придётся временно отказаться. А ещё утро началось с двух полосок на тесте.

Я заподозрила неладное ещё в путешествии, но сначала списала задержку на дорогу и смену обстановки.

Однако, прожив неделю дома, я забеспокоилась всерьёз. Что ж, можно себя поздравить… Вот она — ирония судьбы. Положительный тест на беременность в день, когда я получу свидетельство о разводе! Такое могло произойти только со мной.

Лёша впервые конкретно заговорил о детях чуть больше трёх лет назад. До этого мы говорили о детях так, теоретически: да, когда-нибудь дети появятся. А тут он конкретно заявил: для себя мы пожили достаточно, пора рожать маленького мальчика, а потом маленькую девочку. Мы всегда считали себя образованными и прогрессивными людьми, потому подошли к вопросу очень ответственно: штудировали специализированную литературу, посетили Центр планирования семьи, сдавали какие-то анализы. Всё было хорошо, и мы вплотную приступили к осуществлению мечты, когда в дело вмешалось открытие Питерского филиала.

И вот пожалуйста… Разлука длиной в три года, потом бурная ночь (что называется, дорвались друг до друга), и вуаля. Никакой литературы, никаких анализов, никакой специальной подготовки, а тест — вот он, и на нём две полоски. Кстати, надо посетить лабораторию, где делают ХГЧ. Необходимо узнать, как развивается беременность.

Конечно, я была рада. Да что там рада… Безумно счастлива! Подумать только, наш с Лёшей ребёнок! Я ношу ребёнка Лёши! Повторяя эту фразу в разных интерпретациях, я прижала ладони к пылающим щекам.

Я расскажу Лёше. Но не сегодня, а когда всё будет наверняка.

Конечно же, я опоздала на работу. Сначала доставала тёплую куртку: термометр за окном стоял на нулевой отметке, а мне теперь простывать категорически нельзя. Потом я сменила наконец-то сим-карту на «родную». А по пути в издательство мне приспичило зайти в аптеку, чтобы купить ещё один тест, самый лучший и надёжный.

Я почти бежала по коридору издательства, на ходу расстёгивая куртку и не замечая ничего и никого вокруг. Бежала, пока не почувствовала чью-то тёплую руку на моём запястье.