Книга Руководство для одиноких сердец, страница 168 – Мэдди Доусон

— Странно, — хмыкнул он после долгого молчания. — Не помню, чтобы ты когда-нибудь упоминала о совместных детях.

— А это было и невозможно. Нас полностью поглощали ежедневные заботы. И я не чувствовала, что меня ценят. Я тянула на себе весь быт — сколько же я всего делала, Картер! — а ты просто занимался своими делами и призывал меня относиться ко всему проще.

— Ты замечала, что я не проявляю достаточной твердости. Ты была единственным голосом разума в нашей безалаберной семейке.

— Это чистая правда.

Примерно часа через четыре машина вдруг заглохла — бензин неожиданно закончился. Ну конечно, нам достался автомобиль без топливного датчика! Превосходно. Мы с Тайлером собрались идти в обратном направлении по шоссе туда, где видели заправку, когда Картер тронул меня за руку и тихо прошептал в ухо:

— Между прочим, к твоему сведению, у меня нет чувств к бывшей жене.

Я ответила:

— Но ты не окончательно ее разлюбил.

— Окончательнее не бывает.

— Однако причины номер два, три и четыре все равно остаются в силе.

— Ну и ладно. — Он отвернулся. — Неважно.

* * *

Когда мы с Тайлером по очереди тащили канистру с бензином, я с ужасом вспомнила, что забыла позвонить Мэтью и отменить свидание. А ведь я даже в предвкушении первой совместной ночи постелила шелковые простыни лавандового цвета и купила красивое черное белье. Оно так и лежит с несрезанными бирками в ящике комода. И прямо сейчас Мэтью собирается заехать за мной, чтобы отвезти в симпатичный ресторанчик, представляет, как мы будем пить вино, — он любил каберне больше пива, чудаковатый мужчина, — а потом наши отношения приобретут логическое развитие. И вместо всего этого я тащилась с тяжелой канистрой по замусоренной обочине шоссе, опасаясь, что меня собьет какой-нибудь проносящийся мимо грузовик, и чувствуя тошноту от въевшегося в ноздри запаха бензина. Футболка прилипла к потной спине, а волосы растрепал ветер.

— Тайлер, — сказала я. — Давай остановимся, мне нужно позвонить.

— Ладно.

Мы сошли с дороги, он поставил канистру на траву и сел на землю. На лице у него блуждало измученное выражение человека, который неизменно приходит всем на помощь, но жизнь не спешит вознаграждать его за доброту. Мне сделалось жаль парня.

— Скоро, — пообещала я ему в ожидании, когда Мэтью возьмет трубку, — ты забудешь все перипетии и втянешься в учебу. Уедешь от своей сумасшедшей семейки и станешь радоваться каждому дню! Буквально завтра все переменится.

— Точно? — Он снова начал елозить на месте, щелкать суставами пальцев и оглядываться. — Мне просто не терпится поскорее доехать и начать новую жизнь.

— Конечно. Я понимаю.

Мэтью ответил своим шелковистым успокаивающим голосом, но я внезапно растерялась: как объяснить ему ситуацию и не выглядеть при этом дурой? Привет, Мэтью. Я собиралась пойти на свидание, но мой бывший попросил отвезти его и детей в Теннесси, так что сейчас я на шоссе с грохочущими фурами, и у меня закончился бензин, и, представляешь, я забыла тебе позвонить.

— Мэтью! Привет, извини меня, пожалуйста, но я сегодня не смогу с тобой встретиться.

У-у-у! Ветер от промчавшегося мимо гигантского грузовика чуть не сдул меня с дороги.

— Что это было?

— Фура. Так вышло, что я нахожусь на шоссе. И не где-нибудь, а в Пенсильвании.