Книга Магия найденных вещей, страница 178 – Мэдди Доусон

— Что за бред? – хмурится папа.

— Да, сэр. Бред как он есть. Я вечно выдумываю всякую ерунду, – отвечает ему Адам, продолжая улыбаться. Потом спрашивает у меня: – И что теперь?

— Теперь мне предстоит очень непростой разговор. С Джадом.

— Да, – папа переводит взгляд с меня на Адама, – значит, вот оно как… Это то, что я думаю?

— Может быть, – покусываю я губы. – Адам, ты останешься? Мне нужно тебе кое-что рассказать. О моей книге.

— Я останусь. Мне хотелось бы с тобой обсудить некоторые кадровые вопросы. И мне действительно интересно, как продвигается твоя книга.

— Ох, Адам. Я поступила очень некрасиво.

— У тебя не было выбора.

— Но все равно можно было бы все решить как-то иначе. Мне очень стыдно.

— Мы все обсудим. Кстати, как поживает Громео?

— Боже правый, – говорит папа. – Я скажу Джаду, чтобы он поднялся к тебе. Молодой человек… Адам… Может быть, мы с вами выйдем на улицу и переждем бурю снаружи?

— Одну минутку, пап, – говорю я.

Кажется, я просто не в силах заставить себя оторвать взгляд от Адама. Я тянусь к нему, хочу положить руки ему на плечи, но он хватает меня за запястья, чуть отстраняется и говорит:

— Никаких поцелуев, пока ты еще официально помолвлена. Я не целуюсь с чужими невестами. Сначала надо дождаться отмены помолвки.

Папа качает головой, но я вижу, что он улыбается.

— Я позову Джада, – повторяет он. – Адам, сынок, нам обоим пора на выход.

— Пап, мне нужно кое-что сказать Адаму наедине, – говорю я.

Папа пожимает плечами и выходит за дверь. Я поворачиваюсь к Адаму. Голова у меня ясная как никогда. Лицо уже начинает побаливать от непрестанной улыбки.

— Слушай, я не знаю, что будет дальше, и не знаю, как сформулировать мысль, чтобы не получилось совсем уж глупо… – Я умолкаю и смотрю на него. И начинаю сначала: – Слушай, я уже не хочу строить планы на жизнь. Я пыталась определить для себя, что мне нужно, внести все по пунктам в табличку, впихнуть в аккуратные, четкие рамки: брак, дети, безопасность, предельная честность. И меня постоянно корежило от этих планов. Вот и все.

Адам улыбается и берет меня за руки.

— Собственно, вот о чем я хотела сказать. Я не знаю, что будет дальше.

— Никто не знает, – говорит он. – Но у нас впереди еще целая вечность, чтобы это понять. Или не понять. Может быть, надо просто расслабиться, и пусть все так и идет. Как тебе такой вариант?

Мне хочется ему сказать, что я очень-очень хочу детей и что мое время, возможно, уже на исходе, что бы он ни говорил. Но вдруг понимаю, что на самом деле мне нужно лишь одного: просто быть с ним. Просто видеть его улыбку. Потому что я уже очень давно не чувствовала себя такой легкой, свободной и радостной. Ради этого ощущения можно отменить тысячу свадеб.

— Мне нужно поговорить с Джадом. И снять это нелепое белое платье. У меня есть другое, мое настоящее платье. Вот его мне и надо надеть. Так что увидимся внизу.

Джад уже знает. Он знает. Это сразу понятно по его лицу, когда он входит в комнату, где я сижу на полу, положив руки на край кровати и уронив на них голову. В темно-синем костюме и галстуке Джад кажется скованным и напряженным. И каким-то уж слишком нарядным. Мэгги мне говорила, что его мать настояла, чтобы он надел на свадьбу приличный костюм.

— Сидим на полу? – удивляется он. – Картина маслом!