Книга Что осталось от меня — твое, страница 111 – Стефани Скотт

Каитаро взглянул поверх плеча Сато на переполненный ресторан.

— И все же ты приходишь, когда я зову тебя.

Холл был залит огнями, отражавшимися в высоких зеркалах. Каитаро опустил глаза на руку Сато, все еще сжимавшую его запястье.

— Пошли вниз. Не хочу, чтобы нас тут видели.

— Разве не понятно? Ты вне игры, приятель! — т-t усмехнулся Сато.

Каитаро выудил из кармана пачку сигарет и потряс ею перед носом собеседника:

— Да брось, идем, я угощаю!

И, выдернув руку из хватки Сато, он направился к лифту.

Мужчины спустились вниз, вышли из отеля и свернули за угол, в узкий проулок между двумя соседними зданиями. Сато взял сигарету из протянутой пачки и что-то невнятно пробормотал, пока Каитаро подносил ему зажженную спичку. Прикурив, он выпустил в ночное небо длинную струю дыма и, сузив глаза, уставился на Каитаро.

— Итак, ты получил бланки для развода, — начал тот, — но не заполнил их.

— Я ведь сказал, Накамура, обойдусь без твоих услуг. Она и сама ведет себя так, как мне надо.

— Тебе придется прекратить свои выходки.

— А ведь она боится меня, верно? — с самодовольной ухмылкой произнес Сато.

— У тебя ничего нет против нее.

— Это ты так думаешь.

— Я знаю, — надвигаясь на Сато, процедил Каитаро. — У тебя нет никаких доказательств.

— Как я уже сказал, ты не можешь знать наверняка! — рассмеялся Сато. — Но тебе все же удалось трахнуть ее? Ну наконец-то, поздравляю! — Все еще хихикая, он затянулся сигаретой, но выпустить дым не успел. Каитаро одним быстрым движением схватил его за горло и прижал к стене. Сато ударился затылком, выронил сигарету и, пытаясь ослабить натиск, уперся ладонями в предплечья Накамуры.

— Ну вот, в дело пошли кулаки, как я и ожидал, — просипел он. — Ты что, думаешь, у нас будут разборки, как в кино?

— Ты все уладишь, — медленно проговорил Каитаро, чуть сильнее сжимая горло противника, — во внесудебном порядке. И предоставишь ей опеку над Сумико.

Муж Рины хватал воздух короткими всхлипами, но все еще продолжал улыбаться.

— Вряд ли у нас получится. Думаю, без посредников не обойтись. — Сато вновь сделал попытку оттолкнуть Каитаро. Тот немного ослабил хватку. — Она будет сражаться со мной. И мучиться неизвестностью: какие вопросы зададут ей на суде? А ведь показания истца тщательно разбирают члены городского совета. И все эти люди станут читать о моей жене — что, как, когда, — вникать в тонкости нашего брака, всюду совать свой нос. А она не сможет ничего отрицать, верно? Она не в состоянии солгать им, и все узнают, что она за человек — шлюха! Что, скажешь, я не прав?

— Врешь, Рине ничего не угрожает. Я следил, чтобы ни у кого не было ни малейшего шанса сфотографировать нас. Нет, Сато, не ты, а я буду диктовать условия, — Каитаро вновь надвинулся на противника. Он видел неуверенность в его взгляде. Это был проблеск страха. — Ты решишь дело во внесудебном порядке. Получишь квартиру в Эбису. Ты и Ёси Сарашима подпишете дополнительное соглашение, в котором будет оговорена определенная сумма денег. Ты получишь деньги и передашь Рине опеку над Сумико.

— Да с какой стати я позволю моей дочери жить с этой женщиной? И с тобой?

— Потому что, если ты не сделаешь этого, я перешлю твоим родителям фотографии — ты в Нагое со своей любовницей. А также предам огласке все твои долги. Я лично встречусь с твоим отцом и расскажу, как ты меня нанял, чтобы собрать компромат на жену, а затем передам в суд материалы, собранные на тебя. Рина, возможно, и не намеревалась делать это, но у меня-то имеется достаточно доказательств, чтобы утопить тебя. И чтобы духу твоего не было в Токио, во всяком случае, до тех пор, пока не научишься вести себя прилично.