Книга Что осталось от меня — твое, страница 112 – Стефани Скотт

Сато долго молчал. Затем достал сигарету, на этот раз из своей пачки.

— Я мог бы удержать ее, — сказал он, прикурив, и швырнул спичку на асфальт. — Мы оба совершали ошибки. Если бы я отозвал документы о разводе и избавил бы нас обоих от позора, она осталась бы со мной.

— В таком случае ты не получишь ни гроша, — заметил Каитаро.

— А как же Сумико? — вдруг вспомнил Сато.

— Ты сможешь навещать ее.

— Да? И оказаться во власти Рины: мол, позволю увидеть дочь или передумаю!

— Рина честнее тебя.

— Ты сильно ошибаешься, парень, если правда так считаешь! — расхохотался Сато.

Каитаро не отрываясь смотрел на Сато, наблюдая, как человек, не вызывавший у него ничего, кроме презрения, пытается навешивать ярлыки на Рину.

— Они никогда не примут тебя! — с горячностью выпалил Сато. Однако от его былой уверенности не осталось и следа. — Мы с тобой похожи гораздо больше, чем ты думаешь. И ты не сумеешь сделать ее счастливой. — Он прислонился к стене и пыхнул сигаретой. — На самом деле ей не нужны люди. И когда она это поймет, с тобой будет покончено.

Каитаро потянул носом: исходящий от Сато запах алкоголя был намного сильнее, чем показалось вначале, и, возможно, его собеседник опьянел гораздо сильнее, чем казалось.

— Она не любит тебя по-настоящему, — тихо сказал Сато. — Когда все уляжется и жизнь войдет в привычное русло, довольно быстро выяснится, что ты не можешь наполнить ее жизнь, ей все время будет нужно что-то еще.

Каитаро с удовольствием посмеялся бы над его словами, если бы не странное чувство, сдавившее грудь. Чувство, которое он никак не ожидал испытать в отношении Сато. Жалость. На долю секунды эта внезапная жалость смешалась с чем-то похожим на страх. Каитаро не мог вообразить себе жизнь без любви Рины. Но в следующее мгновение понял, что ему и не надо представлять таких вещей: ведь Рина всегда будет рядом. Напряжение спало, он даже выдохнул и, расправив плечи, снова взглянул на Сато:

— Между тобой и Риной всегда стоял твой бизнес.

Сато покосился на него снизу вверх:

— А ты чувствительный, Накамура.

Каитаро пожал плечами.

— Скажи ей… скажи, что если она перебежит мне дорогу и первой подаст на развод…

— Рина не знает о нашем с тобой разговоре.

— Что?! — Сато вновь расхохотался, к нему вернулась беззаботная веселость. — Так ты хочешь, чтобы я покрывал тебя?

— Я хочу, чтобы ты не втягивал меня в это дело. Помни, ты в моих руках, Сато. В любой момент я могу воспользоваться собранной информацией. Я хочу, чтобы Рина никогда не узнала о нашей встрече. Молчание за молчание, понял?

— А с чего ты решил, что она отдаст мне квартиру в Эбису?

— Рина рассказала отцу о наших с ней отношениях и о том, что ты хочешь подать на развод. Ёси будет защищать дочь всеми возможными способами и ради нее пойдет на уступки. Можешь не сомневаться.

— Хм, смотрю, вы все продумали.

— Мы хотим поскорее покончить с этим.

— А потом… ты когда-нибудь расскажешь ей, как именно мы познакомились?

Каитаро молчал. Сато начал трястись от беззвучного смеха. Он все еще продолжал смеяться, когда Накамура припечатал его к стене, и не прекратил смех, когда тот сдавил ему горло.

— Не забывай, Сато, что я могу сделать с тобой, — прошипел Каитаро. — Никогда не забывай! — Он чувствовал, как Сато отчаянно пытается вдохнуть, но только сильнее надавил ему на шею. Противник начал молотить его кулаком в грудь, однако Каитаро не ослаблял хватку. В конце концов Сато затих и, выдавив улыбку, прохрипел: