Онлайн книга «Плохая»
|
— Ты же не думаешь, что снова похитишь меня и запрешь в своей спальне, Дани? Моя жизнь здесь. Мое дело здесь. Я не брошу все это… — Я всё это учел, — отвечает он, едва сдерживая улыбку, — что-то еще? — Да, вообще-то я невъездная в Ливан, — здесь уже я начинаю улыбаться. — Это я тоже учел, — берет меня за талию и ведет наверх… Эпилог Мы сидим на террасе любимого рыбного ресторана в заново отстроенном бейрутском Даун Тауне, который он каждый раз закрывает под нас. Роскошь, скажете вы? Да уж, непозволительная роскошь- главе правительства Ливана расхаживать с любовницей по злачным местам в присутствии толп народу, готовых запечатлеть каждый наш глоток или укус. Поэтому мы продолжаем сохранять конфиденциальность. По крайней мере, пытаемся так делать. Получается ли? Не знаю. В прессу то и дело попадают наши совместные фото, но Даниэля это совсем, как кажется, не волнует. Он до сих пор немногословен, а если и говорит, то по делу. Очень устает, очень много работает. Поэтому я не выношу ему мозг по пустякам. Когда он со мной, он на отдыхе. Правда, я сама здесь на отдыхе. Даниэль остался верен своему слову- он не стал ограничивать мою свободу- и теперь я живу между двух стран, летаю к нему исправно два раза в месяц на две недели. — Так что там с фондом помощи ливанским сиротам, Алёна? Удалось изучить документы? — Да, там все прекрасно, — отвечаю я, отправляя в рот очередной аппетитный кусок белого филе, — на следующей неделе отправим в российский лагерь первую группу детей. Как раз я полечу с ними… Его лицо кривится. — Может есть кто-то другой, кто может полететь? Лето, солнце… Останься в Ливане на дольше. Ты слишком много работаешь. Я пренебрежительно встряхиваю головой и вдруг понимаю, что-то не то. К горлу резко подступает тошнота. Она резко усиливается и усиливается. Настолько, что терпеть не получается совершенно никак. Я быстро срываюсь с места к ближайшему санузлу. Почувствовав облегчение, умывшись холодной водой, возвращаюсь обратно. — Все нормально? — спрашивает он, смотря на меня с волнением. Я хотела было сказать, что да, но тошнота снова накрывает меня какой-то дикой, непреодолимой волной. На этот раз он пошел за мной. И держал мои волосы, когда меня рвало над унитазом… — Не смотри на меня так, сказала же! — вытираю лицо бумажным полотенцем, — рыба была какая-то подозрительная! Воняла ужасно, да и вкус какой-то странный. Он улыбается все шире и многозначительнее. — Рыба свежайшая, Алёна, и совершенно изумительная на вкус. Ее отловили только в обед. Давай- ка ты сядешь и посидишь… Он отошел от меня и начал куда-то звонить. А я сделала глоток воды и поняла, что и от этого меня тоже дико мутит. Настолько, что даже не было сил прислушиваться к разговору Даниэля. Всё, что я услышала, слово «тест». И только в этот момент меня осенило, о чем он сейчас думает. — Ерунда, — безапелляционно ответила, — я не могу быть беременной, Дани… У меня проблемы по женской линии… Он посмотрел на меня сверху вниз и усмехнулся, протягивая пакет с несколькими коробочками. Когда третий тест показал две полоски, он смеялся в голос. Я не верила. — Ну может… — начала нелепо лепетать. — Собирайся, Алёна, едем к врачу, — подошел ко мне и порывисто притянул к себе, я тут же запротестовала, напоминая о работе, — Твоя работа временно отменяется, Алёна. Неужели ты думаешь, что я теперь выпущу тебя из страны? Ты теперь моя собственность в полном смысле этого слова, — положил руку на живот, — потому что в тебе самой теперь есть частичка меня… |