Книга Величие. Книга 1, страница 65 – Мария Тиамат

Свистящий шёпот вызвал дрожь в руке Арестеи, она нервно сглотнула. Удар под дых лишил её воли. Шиа ударила вновь, отбрасывая Арестею на камни, и тело соперницы упало, как тряпичная кукла, нелепо согнувшись посередине.

— Это нечестно! – отрывисто простонала Арестея. В её взгляде смешались и горечь, и ненависть.

— Прости, я просто хочу быть первой.

Шиа обернулась к серпантину, где Акелла, к которой наконец возвратилось зрение, угрожающе ворча, вставала на лапы. Верхняя губа волчицы приподнялась, обнажая красные дёсны; перетекающие одна в другую мышцы напряглись в преддверии прыжка. Акелла медлила, видимо, опасаясь новой вспышки света со стороны Шиа, и всё же хищный огонь в пристальном взгляде её холодных глаз вынуждал эльфийку невольно отступать к краю пропасти.

Быть может, когда-то эльфы чувствовали себя столь же беззащитно перед этой грозной расой, прежде чем сумели её укротить?

— Въенгр идёт! – сдавленно крикнула Арестея, и Акелла, рыкнув, одним движением развернулась к выпрыгнувшему из-за поворота самцу.

Звери покатились, вцепившись друг другу в горло, и в это время заиграли трубы, объявляя победу. Команда Феонира первой захватила башни.

* * *

Она ехала, экстатически раскинув руки, подставляя плечи потокам солнца и славы. Почётных медалей удостоились все трое: Арестея – за находчивость, Феонир – за командование, Шиа – за отвагу. Головы им украсили венками из лавра и алых цветов, и бурные аплодисменты зрителей, казалось, заставляли дрожать небо, сметая всё на своём пути: жажду, усталость, зной и пыль. Оставались лишь победа, сила и торжество. Шиа сняла шлем, и её заплетённые тугими косами волосы сияли прекраснее любой короны. Время от времени она потрясала отвоёванным флагом, и тогда рёв одобрения возрастал, вызывая на её лице выражение блаженства. Аурелий понимал, что она жила ради этого триумфа – всегда, и сейчас был кульминационный момент её существования.

Словно пелена упала с его глаз: это была её настоящая суть, эта страсть, это ликование, это превосходство. Казалось, нельзя было придумать ничего естественнее, чем эта эльфийка, столь непринуждённо принимающая восхищение других, словно всегда считала его своей привилегией. Вспышка света, которую Шиа решила сделать своим коронным заклинанием, вживив в тело, как нельзя лучше соответствовала её характеру – даже казалось странным, как Аурелий не догадался об этом раньше! И чем более далёким казался мир, в котором существовала эльфийка, тем неодолимее Аурелия тянуло к ней. Словно после тяжёлого сна, ему открылось, что он бесповоротно очарован Шиа, и чувство это было глубже и трепетнее, чем праздный интерес предшествующих дней.

Когда церемония завершилась и участники игр вновь стали обычными выпускниками, Шиа встретила их у выхода из амфитеатра. Было видно, что она пытается выглядеть внушительно, но радость распирала её, и в конце концов она не выдержала и побежала навстречу сёстрам. Геасфель поймала её на лету, смеясь и обнимая, и даже Рогеаль улыбалась, произнося какие-то поздравления. Аурелий ждал своей очереди, ощущая незнакомую доселе скованность.

Но вот Шиа высвободилась и обернулась, ища именно его. Взгляд её сразу стал напряжённым и взволнованным.

— Ну что? – Эльфийка самодовольно подбоченилась, всем своим видом показывая, что можно хвалить.