Книга Школа дорог и мостов, страница 18 – Тамара Михеева

— Аббревиатуры.

— Что?

— Это называется аббревиатурами. – И, вскинув голову, Варя прошествовала в ванную.

— Ну и подумаешь, – еле слышно буркнула Саша.

— А, не обращай внимания, – сказала Петра. – Варька не ту мастерскую выбрала. Ей надо было в смотрители идти.

— Она следопыт?

— Не, проводник.

— А ты?

— И я проводник. Найду дорогу куда угодно и где угодно, а если не найду, то проложу. Любишь пешком ходить?

— Не очень.

— Зря! Следопыты с проводниками часто в связке работают, и нам приходится много ходить.

Саша вздохнула. Еще и это.

Она нервничала оттого, что ничего не знала: куда идти, что надевать, где поесть?

Но вот вышла из ванной Варя, оделась: белая блузка, юбка в складочку, значок с изображением выгнутого дугой моста посреди звезд. Сама строгость и организованность. Наверное, ходить по построенным Варей мостам удобно и безопасно.

— Ой, – сказала Саша и улыбнулась.

На ногах у Вари были ярко-оранжевые носки в голубую полоску. Вязаные, теплые.

Варя хмыкнула:

— Надеюсь, у тебя в чемодане есть хоть одна пара интересных носков. У нас тут, знаешь ли, мода на дурацкие носки. У кого самые уродские – тот круче всех.

Саша посмотрела на Петру. Та натягивала на левую ногу длинный полосатый гольф. На кровати лежал второй – кислотно-зеленый в малиновый горошек. Саша обреченно вздохнула.

— Не переживай, – утешила ее Петра. – Найдутся где-нибудь.

— Просто научись вязать, – посоветовала Варя.

Саша надеялась, что соседки ее подождут, но, когда вышла из ванной, в комнате никого не было. Стало грустно и немного обидно.

— Ну и ладно.

Она быстренько оделась, намотала на шею вчерашний шарф, со вздохом натянула обычные серые носки, бросила в рюкзачок пару тетрадок, ручку и карандаш, вышла из комнаты.

Сразу от двери разбегалось три коридора. «Направо пойдешь… ничего не найдешь», – чуть не расплакалась Саша. А потом задумалась. Ведь когда они вчера шли в комнату с Алехиным, этих коридоров не было, она точно помнит. Был один длинный, чуть-чуть извивающийся влево, и двери с номерами комнат с двух сторон, как в гостинице… «Неужели так трудно было меня подождать? Им бы самим такое вот…» – рассердилась она на соседок.

И вдруг что-то скользнуло по левой ступне. Саша глянула вниз – на ноге сидела вчерашняя ящерица, Маат, только сейчас она была серо-голубой, в тон Сашиным носкам.

— Привет, – тихо сказала Саша, стараясь аккуратно стряхнуть ящерицу с ноги.

Та подняла голову и посмотрела на Сашу умными черными глазками. Тогда Саша подумала, что в коридоре же никого нет, никто не станет смеяться, что она болтает с ящерицей, и спросила:

— Ты не знаешь, куда мне идти сейчас? На завтрак или сразу на уроки? Может, надо отыскать Алехина?

Маат мигнула, сползла с ноги на пол и быстро-быстро посеменила к левой двери. Которая была закрыта. Но Маат как-то просочилась через нее. «Там внизу, наверное, узкая щель… которую даже не видно человеческим глазом. Откуда я вообще знаю, на что способны бородатые агамы, может, проходить сквозь стены», – успокоила себя Саша и открыла дверь.

* * *

Она оказалась во внутреннем дворике, закрытом прозрачным куполом. Кажется, это называется «атриум». Но Саша не была уверена. Вдоль стен стояли мольберты, в центре – стол, а на нем – разные краски (Саша опознала акварель и гуашь, а еще – пастель, цветные карандаши и палочки угля), бумага, стопка дощечек (видимо, палитры), букет кисточек в банке из-под мацони… Это было красиво и как-то вдохновляюще, хотя Саша никогда не умела рисовать. Вдруг дверь в атриум открылась, и забежали шумной стайкой человек десять: все они были в разной одежде (от классических брюк и блузок до свитеров оверсайз и легинсов), в ярких веселых носках. Среди них шла молодая женщина в темном трикотажном платье: строгое каре, пронзительные глаза, точеный нос. Она что-то быстро и эмоционально говорила.