Книга Заброшка, страница 5 – Эра Думер

Мне адресовали взор, выражающий весь апофегей к моей персоне.

— Оставь щетину, если хочешь казаться брутальным, – сказала я и запустила руку в рюкзак, шаря среди содержимого. – Просто… Ян, которого я знаю, наложил бы на себя руки, если бы у него выбилась прядь из укладки.

— Я – не тот Ян, которого ты знаешь. – В голосе макета прозвучало что-то звонкое, как пощечина, и у меня неприятно защекотало в груди.

— Лови компенсацию за моральный ущерб. – Я бросила спутнику банку с рисунком незнакомого мне фрукта, похожего на черную костянку шиповника с Четвертого этажа Земли, окруженную пузырьками. Ян молниеносно словил газировку и, покачав ее в ладони, заострил на мне взгляд.

— Аттракцион невиданной щедрости, – прокомментировал он, вздернув брови.

— Оф, Ферун, аф аппетит рафыграфся. – С зубной щеткой во рту, Зева пружинисто шел к нам. Сплюнув, он со скрипом потер зубы пальцем и улыбнулся. – Угостишь?

— Падай, – кивнула я на место у костра и вытянула реи, на которых пеклись консервы. Пахнуло чем-то, напоминающим смесь индейки и свинины, отчего желудок отозвался спазмом голода и сомнения. – Ложку взял?

— Сам бы себе и приготовил, чертеныш, – с зевком сказала Веля, застегивая на ходу молнию комбинезона. Она уселась прямо на землю, подавшись к огню. – Ох, как хорошо-то… До соплей продрогла.

— Ты хотя бы спала, – заметила я, помешивая варево складной ложкой. – Мы с Яном были лишены такой роскоши.

— Ага, держи карман шире, – поморщилась Веля и вновь зевнула. – Проворочалась всю ночь.

— Забавно, ведь и я толком не спал, – сказал Андрей, подсев поближе к моим консервам. Я подала ему порцию с ложечки, и он разинул рот, но захлопнул, не попробовав еды, и хмыкнул. – А ведь если подумать, то мы неделю страдаем массовой бессонницей! Чудно.

— Чего чудного? – Яну не сиделось на месте: он описал полукруг. – Ты же сам сказал, что не спишь, – в меня, жующую соевое мясо, ткнулся палец, – когда пялишься на нее через свою муху.

Зева покрылся красными пятнами и гротескно захохотал, затыкая макет. У меня глаза на лоб полезли.

— Андрей, ты следишь за мной через ЦеЦе? – спросила я, смущенно перебирая в голове самые вольные сцены моей жизни. – Ты офигел?

— Первый этаж я проматываю, – запротестовал Вельзевул, заикаясь и таращась то на Велю, то на меня. – Я… я же сказал, я не такой. Мне не нравится подглядывать! Тем более за хорошенькими девушками – со стыда же сгорю. Просто «Вторичка» – одно из моих любимых свидетельств Жизнеописания уроженки отсталого мира, столкнувшейся с неурядицами, судным днем, внешним и внутренним конфликтом. – Увлекшись, Андрей вскочил на ноги и заговорил увереннее: – Она втянута в опасное противостояние высоковибрационных существ, но не боится принять вызов и, раздираемая внутренними противоречиями, дерзко врывается в игру и тасует карты. Ух!

— «Вторичка»? – ухмыльнулась Веля, занятая приготовлением кофе из зерен местного дерева. – Отстой.

— Да почему же отстой-то? – Зева подавился воздухом. – Серии файлов надо давать звучные имена, чтобы запоминались! Выделяем новый вид искусства – жанровый сталкинг.

— Ты следил за нашей подругой, чертеныш, и это ни разу не круто. – Эвелина опустошила вторую бутылку и подвесила котелок с водой над костром. – ЦеЦе не предупреждает об особенных сценах, мы же сами настроили его так, чтобы шокировать клиентов. Выходит, чтобы перемотать сцену Первого этажа, ты должен был застать ее начало. Как минимум.