Книга Кьяра, страница 44 – Тамара Михеева

— Разве никто никогда, ни разу не приплывал сюда из Суэка? Хотя бы случайно? Какой-нибудь заблудившийся в море рыбак?

— Наш остров лежит в стороне от течений пролива, – пожала плечами Леда Вашти. – Никто не может попасть сюда случайно. – И она так пристально уставилась на меня, что я поспешила спросить:

— И никто никогда не сбегал отсюда, с острова? Из опустошенных или следов?

— Случается, – неохотно ответила Леда Вашти. – Мальчики, конечно, бегут, как только повзрослеют. В них кипит кровь. Они хотят воевать, любить, жить… Что им делать тут?

— А девочки?

— Девочки понимают всю опасность. Они знают, что с ними может случиться там, в Суэке.

— Они вынуждены жить здесь, – поняла я. – Всегда. Всю жизнь здесь, не сходя с этого острова и…

— И это тоже жизнь.

Мы замолчали. Я машинально стала теребить мамину сережку. Обычно она пряталась под рубашкой, я никому не хотела ее показывать, ни с кем не хотела делиться, но тут рука сама потянулась, потому что какая-то важная, очень важная мысль, казалось, вот-вот придет в мою дурную голову и я пойму, разгадаю загадку.

— Что это у тебя? – Леда Вашти аккуратно, но крепко высвободила мамину сережку из моих пальцев и уставилась на меня так, будто я была призраком. – Откуда? Это… у тебя… Где ты взяла?

— Отдайте! – Я отодвинулась. И ответила нехотя: – Это мамина. Она отдала мне ее перед смертью.

— Перед смертью? Как звали твою маму, девочка?

И не дожидаясь ответа, старуха бросилась к открытому окну и заголосила:

— Вейна! Вейна! Приведите мне Вейну!

Не знаю, пошел ли кто-то за этой Вейной, но Леда Вашти разглядывала меня пристально и как-то недобро. Потом заговорила:

— Однажды девочка, что жила здесь и приходилась дочерью Вейне и следом королю Двузу, нашла на берегу моря два камешка. Это были слезы туатлина.

— Туатлина?

— Ты не знаешь, кто это. В Суэке о нем не говорят. Огромная рыба, что приходит в Круговой пролив из океана, она, наверное, больше всего нашего острова, но быстра, как ветер. Говорят, раньше океан кишел ими, но люди из-за страха или наживы истребили их всех давным-давно. Легенды – вот все, что осталось от них. Легенды и слезы – прозрачные камешки, которые иногда, очень редко, раз в сто или двести лет, можно найти на берегу. Говорят, тот, кто найдет слезу туатлина, может вызвать его из морских глубин. Иногда я думаю, что твоя мать покинула наш остров, усевшись ему на спину.

Маленькая старушка, аккуратненькая и чистенькая, как крепкое яблочко, вошла в дом, молча кивнула Леде Вашти и посмотрела на меня. Вдруг она зажала рот рукой, потом качнулась ко мне и замерла, а из глаз потекли молчаливые слезы.

— Твоя мать умерла? – напрямик спросила Леда Вашти, и я увидела, как глаза старушки наполняются болью.

Я кивнула.

Две старухи – одна требовательным взглядом, вторая неприкрытым горем – заставили меня рассказать, как умерла мама, а потом – как я потеряла отца, и еще много чего такого, что я не хотела больше вспоминать: как мы жили вместе, как были счастливы, как я росла, и все мамины истории.

Леда Вашти обняла молчаливую старушку и сказала почти нежно:

— Твоя дочь была счастлива, Вейна. А теперь вот у тебя есть внучка.

Вейна робко подошла ко мне и провела ладонью по моей щеке. От нее пахло пряными травами, влажной землей, немножко морем, немножко древесной корой. Это был хороший запах, родной. Я неловко обняла ее в ответ и наконец-то поняла и мамин страх, и слова королевы, я нашла ответ на свое вечное «почему» во время тайной стрижки: любой король будет моим кровным родственником.