Книга Уна, страница 38 – Тамара Михеева

И знать, что он заставил меня жить на пустом острове с чужим стариком, хотя здесь, на Патанге, у меня есть тетя и ее дети, веселые и добрые, они разговаривают со мной, они называют меня по имени. Хотела бы я?

И я поняла, что да, все равно бы хотела. Я бы смогла спросить у него, как они познакомились с мамой, почему мама сбежала с ним, где они жили, почему она вернулась на Патангу без него?

Однажды мне приснился мой остров. Он лежал на серых волнах, печальный и одинокий, окруженный потухшими навсегда бакенами, и во сне я поняла, что именно там смогу найти ответы на свои вопросы. Ведь старик знал про меня очень много, и он писал, писал что-то каждый день в своих тетрадях. Я проснулась и почувствовала, что не могу ждать ни секунды. Птица сонно что-то хрюкнула, но головы не подняла. Ладно, пусть остается.

Я прокралась в комнату Эльмара и потрясла его за плечо. И сразу отступила на шаг. Тулукт, который спал у него в ногах, поднял голову и посмотрел на меня своими странными темными глазами. Эльмар моментально проснулся, сел в постели.

— Доброе утро, – сказала я. – Мне надо на Веретено.

— Что?

— Мне надо попасть на Веретено, на мой остров, но сама я не справлюсь с лодкой.

— Сколько времени сейчас?

— Я не знаю. Но примерно через час начнет светать.

Эльмар смотрел на меня как на человека, который завтра умрет. Потом сказал:

— Дай мне хотя бы одеться.

— Хорошо.

Он вздохнул.

— Уна, выйди из комнаты. Я оденусь и отвезу тебя. Жди меня на крыльце.

Ранним утром море вокруг Патанги светится серебром и аметистом. Эльмар сказал, что все дно вокруг острова выложено камнями, которые, если их достать со дна и обработать на специальных машинах, будут сверкать ярче звезд. И что из-за этих-то камней император и хочет завоевать острова. Я подумала, что этот император настоящий дурак, ведь камни нельзя есть. Тулукт забрался в лодку, сел на нос, Эльмар кивнул мне, чтобы я тоже забиралась, а сам оттолкнул лодку от берега и ловко запрыгнул в нее. Вставил весла в уключины, и мы пошли между Эйсой и Птичкой, чтобы, обогнув Элишу, выйти в открытое море.

Мы плыли очень долго, весь день. Дважды я меняла Эльмара на веслах, чтобы он отдохнул и поел. Лодка была удивительно легкая, послушная. Я знала, что ее сделала Элоис для Мии, а Мия подарила ее Эльмару, которого любила, и поэтому не удивлялась. Она такой и должна быть, эта лодка.

— Книта нас потеряет.

— Да уж, влетит нам по первое число, даже не сомневайся.

— Но ты все равно меня повез…

Эльмар вздохнул:

— Я просто знаю, каково это – скучать по дому.

Я подняла на него глаза. Нет, он все не так понял. Я совсем не скучала. Но ведь я должна знать. Должна понять, что случилось со мной после того, как маму бросили со скалы. Почему старик не любил меня, но жил со мной на острове. Может, я все-таки тролль и он скрывал это от всех, а сам меня боялся?

Мы высадились на Веретене под вечер. Эльмар рухнул без сил на камни, едва втащив лодку на берег. Я огляделась. Тут ничего не изменилось без меня, совсем ничего. Те же камни, тот же мох. Только плавника много-много, ведь некому больше его собирать, сушить и топить им печь. Я пошла к нашему дому.

— Надо было сказать, что твой остров так далеко! – крикнул мне вслед Эльмар. – Нам придется тут заночевать! Мама с ума сойдет… Сама будешь с ней объясняться!