Книга Уна, страница 67 – Тамара Михеева

— Что случилось?

— Его Высочество вернулись!

— А, ясно.

Она не обрадовалась и не огорчилась, будто уже знала об этом. Безрукой женщине все кланялись, и я спросила:

— Вы королева?

Она невесело усмехнулась:

— Всего лишь принцесса, и ты моя гостья, и тебе нечего здесь бояться.

Я не боялась, но мне нужно было найти Ралуса или хотя бы узнать, что с ним, а безрукая женщина увлекла меня вверх по лестнице, сказав:

— Пока Виса готовит нам ужин, пойдем-ка мы послушаем, о чем они говорят. А то как-то странно, что не звучат фанфары и не бьют колокола. Не к добру.

Мы нырнули в какой-то узкий коридор, а из него еще в один, поднялись по трем лестницам и вышли на внутренний балкон, опоясывающий огромный зал. Его стены кричали о величии и славе, об унижении одних и гордыне других.

На огромном троне сидел тщедушный старичок в черном камзоле. Он был лысый, худой и весь скрючившийся, будто его мучила непроходящая боль. Сухонькой рукой он теребил какую-то железную пластинку, висевшую у него на шее.

Я смотрела на него и видела в его лице искаженные черты безрукой принцессы, и Ралуса, который стоял сейчас перед троном, и даже будто бы свои. Именно так я поняла, что передо мной – император Вандербут.

Мы с безрукой принцессой спрятались за колонной и одинаково напряженно прислушались к разговору, который происходил внизу.

— Твой брат пал в бою.

Ралус молчал, но я видела, как его руки сжались в кулаки. Я стояла не шелохнувшись, глядя на желтого высохшего человека, которого так боялись и так ненавидели все острова. Он был на пороге смерти, для него уже распахнулись врата.

— Я умираю, – сказал он. – Я обыскал всю Империю, прошерстил все народы частым гребнем, но не нашел тех, кто смог бы отсрочить мою смерть. Видно, все пряхи прячутся на островах или ушли в другие миры вместе с землями Илонасты и Суэком… Я умираю, твой брат погиб, и теперь некому наследовать Империю Вандербутов. Кроме тебя. Ты должен занять мое место.

— Нет!

Ралус даже отшатнулся. Будто не слыша его, император продолжал:

— Но я не могу посадить на трон предателя и труса. Народ не простит мне. Поэтому ты взойдешь на трон под именем своего брата.

— Как это возможно?

— Почему же нет? Вы похожи так, что родная мать путала вас. Правда, время закалило лицо Ронула, а ты размяк от своих никчемных мыслей. Еще у Ронула шрам на шее от раны, полученной в битве при Сорве… но есть одежда с высокими воротниками, да и кто будет вглядываться? Впрочем, шрамы – дело наживное.

— Но…

— Все здесь давно забыли о предателе Ралусе, бросившем поле боя и свой долг, никто о тебе не вспомнит.

Ралус помолчал, будто искал лазейку, потом воскликнул почти радостно:

— Но ведь люди, что были с ним в том бою, они знают!

— Они все погибли.

— Как же вы узнали, что произошло?

— Выжили только двое. Приползли во дворец, подлецы! Не смогли даже забрать тело своего полководца с поля брани, бросили его там! Впрочем, это не важно. Оба они умерли, едва успев доложить мне о случившемся.

Ралус приподнял брови, император в ответ развел руками:

— Скончались от ран. Истекли кровью. Прямо вот тут, – император ткнул пальцем куда-то перед троном. Ралус поспешно сделал два шага в сторону. – Больше ни одна душа не знает, что Ронул погиб. Завтра мы устроим пышную встречу возвратившегося с войны героя, единственного, кто выжил в той мясорубке благодаря своей отваге. И никто не заподозрит, что вместо храбреца Ронула на трон сядет предатель Ралус.