Книга Будда, страница 10 – Shkodina

Я побежала в местную аптеку, нашла ее быстро по опознавательному знаку в виде зелёного креста. Закупилась и бегом обратно в хижину, по пути захватив бутилированной воды из холодильника, различных морсов, овощной салат и рис.

Сангье спал. Я на всякий случай одела маску. Подошла, потрогала лоб. Кипяток. Одежда вся сырая. Начала растягивать его рубашку. Он открыл глаза.

— Что ты делаешь? — Раздеваю тебя, ты весь мокрый. — Не надо. Уходи. Заразишься. — Вообще-то, «денге» от человека к человеку не передаётся.

Гордо проговорила я, типа «умная». Он смотрел сдвинув брови. Я продолжила.

— И я принесла лекарства и уколы. Так что, оголяй зад. И одежду сними. Она мокрая и грязная. — У меня другой нет. И ты не будешь ставить мне уколы.

Вот же баран упёртый.

— Ещё как буду, не выдумывай, давай! А одежду я прополощу вечером и принесу завтра. Поваляешься голый. Кто тебя тут видит. — Ты видишь. — Я же не прошу тебя трусы снимать. Я тебя видела после купания, глаза не сломала.

Он попытался снять рубаху через голову. Скривился.

— Руки не слушаются. Болит все. — Я сейчас поставлю один укол обезболивающего и второй от температуры. Приложу холодный компресс, оботру тебя и будет лучше. Давай помогу.

Я помогла ему раздеться и перевернуться на живот. Приспустила подобие трусов, надетое на него.

— Ты хоть это когда-то делала? — Все бывает в первый раз. — Ты шутишь?

Он даже попытался привстать. Но я уже засандалила ему первый.

— Тише, пациент. Все идёт по плану. Визуально делишь полупопие на 4 части. И метишь в верхнюю крайнюю. Больно? — На удивление, нет. — Второй будет больней. Так в аптеке сказали. Что вот эти красненькие болючие. — Потерплю. Ты же не отстанешь? — Ни за что.

Второй он мужественно стерпел. Перевернула его. А он тяжелый. Хотя и худоват. Наверно мышцы так весят. Накрыла его простынкой до пояса.

Я смочила маленькое полотенце в холодной воде. Положила ему на лоб. Полотенце побольше (ну как полотенце… тряпка), тоже смочила, дотронулась до его шеи.

— Не надо, давай я сам. — Мне не сложно. А тебе тяжело двигаться, я же вижу.

Он вздохнул. Я продолжила. Этот процесс завораживал. Очень темная кожа обтягивала его крепкие руки, торс… грудь его была покрыта короткими выгоревшими на солнышке волосками.

Когда я дошла до живота, он заметно напрягся. Дорожка волос от пупка пряталась под простынкой. Я остановилась. Мало ли щекотно ему.

— Ноги обтирать ты мне не будешь. Просто полей из бутылки.

Он свесил ступни с кровати. Не буду перечить. Ему и так от чего-то неловко.

Померила температуру через час. 37.5 — уже прогресс. Я поставила несколько бутылок с водой и морсами у кровати.

— Чтобы к утру все выпил! Надо много пить! Может тебя покормить? — Аппетита совсем нет.

Он улыбнулся, я забрала его одежду, вернулась на побережье. Набрала воды, постирала. Машинки в бунгало нет. Повесила сушиться на улице.

Анка совсем пропала. Познакомились на Калангуте с каким-то русским и отрывается по полной. Я так не умею. Даже если бы можно было.

Поужинала, легла спать. Надо завтра пораньше к нему. Мало ли.

Утром осмотрев одежду, обнаружила, что она вся рваная. Но я девушка запасливая. Нитки и иголка с собой. Ну подумаешь не совсем в цвет. Лучше, чем дыры.

Захватила завтрак, ещё напитков. Пошла подниматься. Я, кстати, бегая туда-сюда в гору, тоже глядишь фигуру отточу.