Книга Будда, страница 8 – Shkodina

Чем дальше я слушал, тем больше во мне негодовало все. Давно я не злился.

На языке буддистских монахов злость это «мешающая эмоция» или, другими словами, психологическое состояние, вызывающее страдания. Смысл буддизма заключается в избавлении от страданий.

Но и оставаться безучастным в данном случае я не мог, как и не мог в полной мере помочь.

— Иренка, я могу дать тебе денег. Уберёшь эту штуку. Уедешь. Тебе не обязательно принимать свою судьбу, которую ты не выбирала.

Она удивилась.

— Откуда у тебя деньги? — она осеклась — Ой, извини! — Ничего страшного. Я не отрёкся от всего материального, как это может показаться. Я нашёл золотую середину. Когда деньги не мешают мне, не создают во мне зависимость от них. Я могу попытаться помочь. — Спасибо. Сангье, это очень ценно. Но это же мои родители. Они дали мне все в жизни. Я не умею жить самостоятельно. Томаш не плохой. Он не обидит меня. — Смотри сама.

Я продолжал негодовать. Почему она не может согласиться?

Я набрал в озере 10 литров воды в 2 бутылки и мы пошли к хижине.

Она реально начала мыть окна. От чего в комнатах стало светлее и уютней. Я ремонтировал ставни и подоконники.

Она выглядела счастливой. Странно. Почему дочке миллионера доставляет удовольствие уборка? Но она в целом не подходит на роль представительницы золотой молодежи. Она другая. Воспитание? Или она сама внутренне другая? Скорее да. Не опороченная жеманством, чопорностью. Искренняя, живая, непринуждённая.

Вечером поблагодарил, проводил.

— А ты где ужинаешь? — Там же где и завтракаю. — Можно с тобой? — Отчего ж нельзя, пойдём.

Я показал ей разные краски национальных блюд Индии. Но всегда заказывал много, и даже если она не ела что-то конкретное, голодной не оставалась. Она пробовала все. А ее мимику надо было видеть: интерес, предвкушение, опознавание, удивление, наслаждение. Хотя вместо последнего иногда испуг.

На сколько она была искренна и открыта в эмоциях, настолько же сильно она меня завораживала. Это всего три дня. Что мне приготовит завтра? Я ждал это завтра.

Я первый раз в Индии. Давно мечтала побывать, но родители отправляли в путешествия только по Европе. Культурный отдых, достопримечательности, скучные люди. Страны востока это не для них. Там «дурно пахнет» всегда говорили они.

Но в этот раз мне повезло. Анка позвала с собой, они не смогли отказать. Сняли нам бунгало на Южном Гоа.

Первый день мы провалялись на пляже, перелёт был утомительным, даже в бизнес-классе. А потом вездесущая Анка придумала нам приключение: посетить хижину монаха-затворника.

Мы шли по горным лесным тропам. Все вокруг напоминало рай. И нашли.

Сангье… этот отшельник… даже не знаю как описать его. Как будто он и не человек вовсе. Дух этих гор и лесов. Я смотрела на него как на что-то божественое.

Находясь здесь, с ним, я ощущала полное спокойствие. Проблем не существует.

Это место особенное? Или именно Сангье проецирует эту уверенность на все вокруг.

Лицо его не возьмусь даже описать. Разве что глаза — голубые и глубокие как Индийский океан.

Но даже если бы он был уродом внешне, это бы не могло оттолкнуть от него. Он весь наполненный смыслом. Это несопоставимо с внешней красотой. Он не старик, но все его речи настолько естественные и правильные, как будто он прожил не одну жизнь, и ему известно что-то, что не известно простым людям.