Книга Без шансов уцелеть, страница 133 – Юнь Хуянь

— Алло? Алло? Репортер Го, вы тут? – донесся из динамика голос Ша Ли.

— Да-да, я слушаю, – ответила девушка.

Доктор облегченно выдохнула.

— Где вы живете? Я хочу встретиться и лично все объяснить.

Через полчаса Го Сяофэнь спустилась вниз и села в красный седан.

— У меня мало времени, – сказала она, устраиваясь на пассажирском сиденье. – Так что попытайтесь убедить меня, прежде чем я выйду из машины.

Ша Ли немного подумала и сказала:

— Насколько я знаю, сегодня в девять утра комиссар прибудет в Центр судебно-психиатрической экспертизы, а Нин уже пообещала, что к этому времени Лю Сымяо сама расскажет вам все, что произошло. Так?

Го Сяофэнь кивнула.

— Тогда держу пари, – сказала Ша Ли, – вы услышите, как Лю Сымяо признается в убийстве.

— Чушь! Сымяо никого не убивала!

— Вы не поняли, – спокойно ответила женщина. – Я знаю, что Лю Сымяо никого не убивала, но Нин заставит ее признаться в обратном с помощью гипноза.

— Невозможно.

— У Лю Сымяо диссоциативная амнезия, – медленно начала Ша Ли. – Когда человек переживает сильнейшую психическую травму, мозг запускает целую цепочку реакций, которая заканчивается выбросом глюкокортикоидов. Эти гормоны работают как предохранители: помогают нам в экстренной ситуации поддерживать работу сердечно-сосудистой системы, не давая организму сгореть от перегрузки. Однако при избытке эти гормоны наносят серьезный ущерб клеткам – особенно гиппокампу, отвечающему за память. Так и возникает амнезия.

Она сделала паузу и продолжила:

— Вы должны понимать, что амнезия не всегда зло. Представьте: травма – это молоток, а психика – панцирь рака-отшельника. Когда по панцирю ударяют молотком, рак-отшельник просто прячется – так работает амнезия. Через время он вернется. А вот при шизофрении ракушка разбита и рак-отшельник погиб. Вот это действительно страшно. Поэтому при психогенной амнезии лучший способ лечения – дать пациенту покой или, говоря аналогиями, дождаться, пока рак-отшельник сам вернется, и тогда память восстановится.

— Тогда зачем вы давали ей пропранолол? – перебила Го Сяофэнь и пересказала слова Нин о том, что это лекарство подавляет воспоминания.

— Бета-блокаторы действительно снижают уровень норадреналина, позволяя избежать мучительных воспоминаний, – объяснила Ша Ли. – Но в случае Лю Сымяо важно именно постепенное восстановление. Понимаете, это как дефрагментация диска, где разбросанные фрагменты нужно упорядочить, собрать в целое. Так вот, пропранолол не дает страшным обрывкам воспоминаний внезапно вылезти и все испортить. Нин намеренно умолчала о положительном действии препарата, а что до побочных эффектов – не стоит забывать, что они есть у всех лекарственных средств. К слову, всякие мошенники с их чудо-добавками любят повторять, будто лекарства – сплошная вредная химия. А ведь, если подумать, даже булочками можно объесться до смерти.

Го Сяофэнь невольно хмыкнула.

— Вчера, вернувшись домой после допроса, я позвонила коллеге и узнала, что после последнего сеанса гипноза состояние Лю Сымяо ухудшилось, она стала еще более отрешенной, – сказала Ша Ли. – Мой коллега, когда принес ей еду, случайно услышал, как она бормотала: «Я должна стараться вспомнить преступление… Я убила человека». И тогда я все поняла. Скажите, вы когда-нибудь слышали о внедрении ложных воспоминаний?