Онлайн книга «Без шансов уцелеть»
|
Так я и ждал… до сегодняшнего дня. Она думала, что мы встретились случайно, а на самом деле, увидев, что надвигается буря, я нарочно припарковал «Цзиньбэй» у больницы – хотел убедиться, что она села в автобус, и только потом спокойно уехать. Но сколько ни ждал, она все не выходила, а когда наконец появилась, небо было черным, будто кто-то пролил тушь. Песок бил в лицо, она щурилась, пытаясь разглядеть хоть какую-то машину. Смотря на нее, я вдруг ощутил, как что-то рвется в груди. В голове промелькнули сотни способов, как она может меня отвергнуть, но все-таки, прямо как в юности, я собрался с духом. Подъехал и медленно опустил стекло. Когда она села рядом, сердце мое едва не выпрыгнуло. Мне показалось, что я дождался, наконец-то дождался… А потом та гостиница, внезапное нападение, схватка, и тело, рухнувшее к моим ногам. Я перепугался до смерти, подумал, что судьба опять смеется надо мной, сердце тянуло вниз, точно к нему привязали камень… Однако Шаолин, увидев все это, не упрекнула меня, не бросила, не убежала. Наоборот, придумала, как спасти. А главное – она сказала ту самую фразу: «Просто… жди меня». И тогда я подумал, что, если рядом Шаолин, значит, переживу и это. Судьба не может быть так жестока – давать надежду, чтобы тут же ее отнять. Пусть за окнами бушует песчаная буря, пусть в комнате мрак и смерть, я вижу ясно: Шаолин все это время ждала меня. Я справлюсь, я умею все – пахать землю, пасти скот, водить машину, чинить двигатели, ремонтировать дома, обрабатывать камень… Буду работать, зарабатывать, помогу Шаолин восстановить дом престарелых, мы будем жить хорошо. Сделаю все, чтобы она была счастлива… И тогда Чжан Дашань вспомнил старую песню – ту самую, что они с Чэнь Шаолин когда-то услышали в парке, когда седой монгол тянул ее под звон струн моринхура. Он помнил песню всегда, только последние две строчки выветрились из памяти. Горькая полынь полыхает в степи. Вокруг дым костров да тумана клубы. Там, вдали, не ты ли мелькнула в сиянье луны? Вечереет, мысли тобой лишь полны. Ищу тебя, Как ястреб ищет утес, в небесах паря. Печь остыла, кизяк прогорел до золы. В углу сиротливо устроились привязи и столбы. Не твой ли в ночи колокольчик тихо поет, Погоняя стадо к реке, где заря встает? Люблю тебя, Как скакун любит простор и поля. Нет у меня табунов, нет коней, Ни сбруи серебряной, ни ярких огней. Думы о прошлом хмурят мне лоб, Я безмолвен, как камень у кромки троп. И в темноте я тихо свернусь на траве… Много горьких ночей он только и делал, что ложился и молча ждал в темноте – так долго ждал, а приходили лишь новые, еще более темные ночи. Но сейчас, в эту самую минуту, крошечные искры надежды и мечты о возможном счастье вновь зажглись в сердце Чжан Дашаня. Две строчки, давно забытые, поднимались со дна сознания и снова оживали в памяти. Он тихо отодвинул двухместный диван, стоящий у западной стены… И в темноте я тихо свернусь на траве — Жду тебя, Как ночь ждет рассвет в синеве… Послесловие к переизданию[76] Поздней осенью 2009 года я вместе с несколькими друзьями отправился на машине в путешествие по району Хэшикэтэн во Внутренней Монголии. К вечеру, после долгой тряски по самым глухим уголкам степи, машина наконец остановилась перед небольшой трехэтажной гостиницей. Был низкий туристический сезон, гостиница пустовала, и, хотя мы заняли на втором этаже всего три комнаты, ощущение было такое, будто все здание принадлежит только нам. |