Книга Ловелас. Том 8, страница 41 – Илья Взоров

Пунцовая Мардж вывернулась из-под моей руки, одёрнула юбку.

— Ну зачем?!? — простонал я.

Эстер послушала трубку, покивала. Лицо у нее уже было сосредоточенное, ни разу не возбужденное.

— Говорит, через двадцать минут вечерний прямой эфир. Говорит, будет бомба. — Она послушала ещё. — Цитирую дословно: «мистер Миллер только что вернулся из Советского Союза, где на его глазах сменилась власть, и если мы это не дадим сегодня, то завтра это даст Си-би-эс с кем-нибудь другим».

Я посмотрел на Мардж. Потом на Эстер.

— Кит, надо идти! — мой финансовый директор погладила меня по щеке — Мы никуда не денемся. Будем смотреть телевизор с твоим эфиром и ждать тебя

Я вздохнул и застегнул ширинку.

— Передай ему: иду.

Погрозил Мардж пальцем: — Мы не закончили.

* * *

Двадцать восьмой этаж встретил меня суетой. Именно сюда вечером перемещалась вся жизнь Херст корп. после сдачи газет и журналов.

Я вошёл — и почувствовал, как рубашка начинает липнуть к спине уже на пороге. Прожекторы в студии HTV висят под потолком гроздьями, и включают их заранее, за полчаса до эфира, чтобы они разгорелись и вышли на нужный режим. И за это время помещение превращается в баню.

Корриган поймал меня у дверей.

Взъерошенный, счастливый, с папкой под мышкой и галстуком набок.

— Кристофер! Господи, ты замечательно выглядишь! Все домохозяйки наши.

— И домохозяины тоже — мрачно сказал я, вспоминая голубую жилку на шее Мардж, которая билась так сильно… — Джек, у тебя минута объяснить мне, во что ты меня втягиваешь. Или я разворачиваюсь и ухожу. Зовите другого эксперта по Союзу.

Корриган испугался, зачастил:

— Мы такой рейтинг получим! CBS удавится. От них же никого не было в делегации журналистов?

— Никого

Директор HTV затолкал меня в гримёрку.

— А ты был! Сейчас нам все и расскажешь…

Та же самая женщина в фартуке, что гримировала меня в марте, усадила в кресло и молча взялась за работу. Пудры она не жалела и я знал, что так надо — иначе под жаркими софитами лицо течет от пота и бликует в камеру.

Корриган сел напротив и раскрыл папку.

— Смотри, вот график. Первая неделя марта — мы пятые, за ABC. Третья — четвертые. Теперь мы здесь — он ткнул пальцем в линию — вот этот скачок. Девятое апреля.

— Вы вывалили фотографии.

— Да, похороны, — кивнул он. — Два эфира подряд, оба с твоими московскими плёнками. Кадры мы, конечно, пустили чёрно-белыми, цветное вещание у нас только в планах… но качество картинки! Ни у кого такого не было. Люди звонили на станцию и спрашивали, откуда.

— И что в итоге?

— В итоге мы третьи по стране. — Он сказал это медленно, чтобы я оценил. — После CBS и NBC. Третьи!

Гримёрша повернула мне голову и взялась за вторую щёку.

— Что дальше? — спросил я.

— Дальше побережья. — Корриган зашуршал бумагами. — Восточное почти закрыли, к маю закроем совсем. Западное — Лос-Анджелес готов хоть завтра, Сан-Франциско строится. И вот когда оба берега наши, надо брать центр. Чикаго, Сент-Луис, Даллас, Канзас-Сити… Больших рейтингов они не дадут, главное это побережья.

— Надо ускориться.

— Как?

Корриган поднял голову.

— Джек, сколько ты строишь региональную станцию с нуля?

Он подумал.

— Восемь месяцев. Если без задержек — семь.

— А по деньгам?

— Двадцать, тридцать тысяч долларов.

Я задумался. Долго и дорого.