Книга Любовь под прицелом, страница 89 – Кристина Янг

— Ты выйдешь за Егора Князева — и точка!

— Нет! — противилась я. — Можешь хоть убить меня!

Отец снова ударил меня по щеке, но на этот раз своим обручальным кольцом задел мою нижнюю губу. Я почувствовала резкую боль. На белую плитку, перед моими глазами, капнула кровь. Я коснулась дрожащими пальцами нижней губы и ощутила влажность, а затем металлический привкус.

— Скоро мы вернемся в Москву, и ты сядешь под домашний арест, — пригрозил отец, словно это меня напугает. — Взвоешь. А если продолжишь противиться, то вышлю в Лондон в закрытое учреждение.

— Делай, что хочешь, — промямлила я, касаясь пальцами раны, окончательно убеждая отца, что мне все равно на его угрозы и что я не изменю своего решения.

Я готова сидеть в четырех стенах и ждать определённого дня, когда ко мне сможет приехать Андрей. Сбежать на несколько суток, отдаться порыву и не думать о том, что снова выкинет отец за мое бегство.

Я думала, что моя жизнь месяц назад была худшей. Нет, вот сейчас она стала невыносимой. И только существование Андрея поддерживает меня на плаву.

Отец оставил меня на полу. Вскоре ко мне приблизились Анфиса и Розалия.

— Ты дура, Василиса! — шикнула на меня Розалия, аккуратно прижимая белую салфетку к моей нижней губе. — Почему ты всегда идешь наперекор!?

Я выхватила салфетку из ее руки и стала сама прижимать ее к ране.

— Потому что я не хочу оказаться в клетке.

— Так ты делаешь только хуже!

Я подняла на Розалию взгляд. Ее зеленые глаза источают страх. Неужели испугалась за меня? Или боится оказаться на моем месте? Ведь отец, как оказалось, вовсе не контролирует себя. Видимо, Розалия это поняла, поэтому выполняет каждую его прихоть.

— Пойми, если ты выйдешь замуж за Егора Князева, то можешь иметь хоть какое-то преимущество. Можешь ставить условия. Жить спокойно. А если будешь отказывать, то лучше не станет.

Я не стану говорить ей, что люблю другого человека и готова отправиться за ним хоть на край света, Розалия не поймет. Она снова скажет, что я дура, если ради кого-то жертвую своей спокойной жизнью. Да, в некотором роде эта женщина права, и я бы могла согласиться, чтобы отец отстал от меня, не будь Андрея. Теперь я переполнена любовью, которую не предам ради комфорта и стабильной жизни.

— Отец не даст тебе жить спокойно, — предупредила Розалия напоследок и встала на ноги, покидая гостиную.

Анфиса обняла меня, затем стала помогать с губой. Она внимательно осмотрела рану и скорчила лицо.

— Надо обработать.

Анфиса помогла мне встать, и мы отправились в мою спальню. Там сестра достала аптечку и стала обрабатывать мою рану.

— Никогда не думала, что скажу это, но Розалия в чем-то права, — заговорила Анфиса, когда аккуратно прижимала к моей губе вату, обработанную перекисью.

Я зажмурилась, когда рана защипала.

— Без Андрея я бы прислушалась, согласна.

— Тогда расскажи ему обо всем.

Сестра наложила на рану крем, который стал приятно холодить.

— Нет, в этот абсурд я вмешивать его не стану. Да и что мы сделаем? Я скажу ему, что мне следует выйти замуж за другого, но пусть не переживает, под него я не лягу? Так? Проблема в том, что я теперь даже сбежать за ним боюсь, ведь отец способен найти меня везде. Через полгода или год, не важно. Это будет вечное бегство от своих проблем. Я просто хочу, чтобы он отстал от меня. Я хочу, чтобы он перестал видеть во мне выгодную сделку. Хочу, чтобы я стала для него бесполезной.