Книга Здесь живёт любовь, или Кто в доме хозяин?, страница 57 – Яна Лари

И поглаживает замурлыкавшего басом безобразника.

— Здравствуйте…

— Это Лада, — представляет её Русанов, по-хозяйски притягивая меня к себе за талию. — А это Марат, брательник мой старший.

— Доброго вечера, — здоровается выросший в дверном проёме мужчина. Серьёзный такой, не в пример младшему. — Прости, что свалились как снег на голову. Не терпелось своими глазами увидеть избранницу брата. Такое событие, сама понимаешь...

— Всё в порядке. Только у меня к ужину ничего. Хлеб вот, — вздыхаю, показывая купленный по дороге батон.

Паникую уже даже не слегка. Предлагать таким искушённым гостям отварную картошку… неудобно в общем.

Но держится пара на удивление просто. Улыбаются, переглядываясь.

— Вот и хорошо. Остальное мы привезли с собой. У Марата свой ресторан, мы решили не ехать с пустыми руками, — дружелюбно улыбается Лада. — Да и ты, наверно, устала с работы.

— А как зовут вашего мальчика? Он не слишком общительный, да? — решаю, что мне тоже неплохо бы отморозиться.

Все дружно переводят взгляд на вставшего поодаль паренька.

— А это не наш.

Чей тогда?

Я всех детей посёлка знаю. Выходит, и не наш...

Любовь

— Мальчик, ты чей будешь?

— Мамин и папин, — бурчит мальчишка, украдкой поглядывая на свою подругу.

То, что малыш потерялся, мы поняли, теперь бы ещё выяснить, откуда он.

— Как тебя зовут? — Осторожно, чтобы не напугать, беру его за руку.

— Тёмушка. Вы отведёте меня к папе?

Он хоть и храбрится, но голос всё равно звучит растерянно.

Антон берёт его за вторую руку.

— Конечно, отведём. Только скажи, где он.

Малыш широким жестом показывает куда-то за куст бузины.

— Вон там!

Мы с Антоном переглядываемся. Обычно папы в таких местах не водятся, если только не пали в неравном бою с поллитровкой.

Но Тёмушка ведёт нас дальше, мимо свежеспиленного, остро пахнущего древесиной пня, через поваленный забор к дому Макара.

Ох, вот оно что...

Это ребёнок Макара. А значит, и мама есть. И чувства к ней, во всяком случае были когда-то. Не слишком похоже, чтобы он рвался искать ей замену. О чём-то это да говорит.

Принимаю это и, кажется, дышится легче. Конечно. Зачем Макару ещё одна головная боль, которая дальше носа не видит и вообще горазда создавать себе сложности. Это Русанов орёл непуганый. Хотя его сбить с курса надо постараться.

— Погоди. — Антон резко сбавляет шаг. — Твой папа Макар?

Тёмушка снисходительно смотрит на него исподлобья.

— А что не видно? Я же копия. Такой же… неадынтаец! — коверкая, повторяет явно чьи-то слова.

— Кто?..

— Неадынтаец, — гордо повторяет ребёнок, видимо, считая, что этим всё объяснил.

— Ясно… — Антон решительно берёт мальца за руку. — Ладно, пойдём. Сейчас мы узнаем, почему малышня без присмотра.

Макар находится быстро — по голосу.

— Представь себе, я считаю, что тоже вправе решать, чем будет заниматься мой сын! — раздражённо доносится откуда-то из глубины двора. — А как ему пригодится умение пиликать на скрипке?! Мальчик должен быть сильным, ловким, выносливым... Да, как я. Да, лучше тупым качком, чем как этот твой интеллигент прилизанный. А мне сын говорит, что не хочет. Вот на хрена ты навязываешь? Ах, развивает усидчивость, память и координацию. И где же тогда твоя хвалёная память? Что-то я не наблюдаю обещанного: ни долго, ни счастливо...