Книга Развод не повод расставаться, страница 73 – Яна Лари

А смысл беситься? Ему до меня далеко. Пух над губой не отрос, а я… Я без восьми месяцев папа! И учусь быть терпимым к шалостям младших, чёрт побери!

— Я отвечаю только тем людям, кому сама дала свой номер, — безмятежно улыбается ему Ульяна.

Больше желающих нас немедленно поздравить пока не находится. На улице нас ждёт лимузин, рядом у фонтана фотосессия. Жених и невеста юные совсем, позируют фотографу, счастливые.

И тут мы вываливаемся орущей гурьбой.

Я на пороге выстреливаю шампанским. Вместо голубей, в небо взлетают два огромных орла. Ульяна говорит это птицы свободы. Сами голуби, облюбовавшие подступы к ЗАГСу за рис и пшеницу, которыми щедро закидывают молодых, пёстрым вихрем разлетаются во все стороны.

Приглашённые музыканты тоже добавляют красок в эту вакханалию. «Прощай, со всех вокзалов поезда уходят в дальние края...» — зычно разносится на весь район.

— ЧуЭтЭ, чЭм пахнет? — басит Хабаб и втягивает полной грудью воздух. — Да это жИ свобода! — сам себе отвечает голосом шоумена. — Дама в этом вашЭм ЗАГСе ни чЭрта нИ шарит! Прошу обмЭняться прЭтЭнзиами вмЭсто поцЭлуя!

Каких-то особых претензий у меня к Ульяне нет. Да и не слишком охота умереть молодым. Поэтому право высказаться первой уступаю ей.

Под осоловевшие взгляды моей матери и молодых брачующихся, моя теперь уже бывшая супруга упирает руки в бока.

— Наконец-то я тебе, Истомин, ничего не должна! Теперь будешь всю жизнь водить меня на свидания, — смеётся чертовка злорадно.

— Ах так? — возмущаюсь шутливо. — Наконец-то я могу не хвалить твою экспериментальную кухню! Теперь по выходным экспериментировать буду я.

— А я возьму завтра и не приготовлю тебе завтрак. Что ты мне сделаешь? Ничего!

— А я… Я уверен, мы будем гордиться каждым прожитым днём! И в старости, листая альбом, нам будет с чего улыбнуться и что рассказать. — Подмигиваю Ульяне и страстно расцеловываю в обе щёки.

— Чтоб я так разводился! — хмыкает какой-то мужик из соседней компании, судя по близкому соседству к молодым, отец невесты или жениха. За что незамедлительно получает ласковый подзатыльник и мигом исправляется: — Теоретически, ну что ты!

А потом мы разбиваем бокалы на счастье и едем развлекаться в ресторан.

— Разве может быть что-то прекраснее этого дня? — вечером шепчет Ульяна, засыпая у меня на груди.

— Ты, родная, — улыбаюсь, согревая ладонью её пока ещё впалый живот и наслаждаясь умиротворением. Теперь она моя. На самых законных основаниях. И пусть кто-то попробует меня переубедить, что штамп может быть важнее нашей любви. Только не для меня.

* * *

— Дождь накрапывает, привези ещё, пожалуйста, мой алый плащ.

В гардеробной — три красных плаща и четвёртый в шотландскую клетку.

— Их тут несколько. — Растерянно скребу затылок. — Какой?

Ульяна всё необходимое для выписки лично отобрала и упаковала в пакеты заранее. Но вот погода подкинула сюрприз и заодно мне квест на цветознание. Который мне и в лучшем состоянии не по зубам, а уж сегодня…

Нет, я не напивался на радостях, не хочу перегаром дышать на ребёнка. Вчера проставился Лапину и его верному псу. Херувимчик меня даже не сильно бесил. Я вообще стал к нему терпимее от когда он с Анютой. Они как познакомились на нашей с Ульянкой свадьбе, так и ходят неразлучные. Но для профилактики я его приструнил, Анька всё-таки племяшка моя, не чужой человек.