Книга Шаг вперёд, два шага назад, страница 162 – Маруся Хмельная

Я так и видела как Нина довольно потирает ручки. А я испустила облегченный вздох, не бегать мне с листовками.

— А что ты думаешь по поводу самого дела? — осторожно спросила я.

— Не знаю, но будь уверена, теперь мы докопаемся до сути. Говоришь, Стас отказался печатать, не захотел быть марионеткой? Ну так у нас все козыри, проведем свое расследование, не сомневайся. Пончик теперь это дело так не оставит. Крепко его Грибов разозлил. Хотя я думаю, что он тут ни при чем. Но в деле стоит покопаться.

— И я так думаю, — согласилась я. — Что-то там нечисто. Что-то настораживает.

— Согласна. Покопаем. Вот завтра шумиха-то будет, Ань!

— Пошумят да успокоятся, как обычно.

— Но маньяка на моей памяти еще не было.

— Так, может, и нет его. Может, случайность.

Мы ещё потрепались немного о том о сём, обсудив всё по второму кругу. Пончиком в Нинкиной редакции звали их поджарого бывшего военного шефа, единственной слабостью которого, за исключением красивых женщин, было сладкое. Лучшим подарком, а иногда и просто взяткой от провинившегося сотрудника, были пончики из кулинарии рядом стоящего универмага, за что он и получил своё прозвище.

Хотя в глаза так бы его назвать никто не рискнул из-за сурового характера и отсутствия чувства юмора, что он, правда, пытался скрыть, но безуспешно. В плюсе у него было прямолинейность, честность и надёжность. Мне казалось, что с Нинулей они бы составили прекрасную пару. Но оба они не рассматривали друг друга как партнёров, что меня забавило и огорчало.

Он считал её язвой, и, то лисой за хитрость, то пиявкой за приставучесть, в зависимости от настроения. Она его солдафоном и грубияном с тремя извилинами, которому как ребёнку всё нужно разжёвывать. Тем не менее, друг друга они уважали и в коллективе уживались отлично.

Закончив разговор, я подумала, неужели Грибов имеет какое-то влияние на Стаса? Может, этим объясняется его нежелание размещать данный материал?

Как бы там ни было, а на следующий день весь город гудел о маньяке, похищавшем девушек в течение нескольких лет, передавая леденящие душу подробности по сарафанному радио. И, как обычно, при таком раскладе, дело обрастало новыми подробностями и деталями, так, что уже не отличить где правда, где быль. Вся полиция, обвинённая в бездействии и скрытии страшной информации, стояла на ушах. И о Боровском если не забыли, то ажиотажа его приход не вызвал, скорее докучливое желание поскорее закончить с ним, чтобы заняться более актуальными делами.

Несмотря на это, Алекс был очень зол на меня.

— Ты ничего лучше не могла придумать? — напал он на меня сразу, как мы увиделись.

— А что тебе не нравится?

— Ты ведь знаешь, что все девушки были Исцеляющими, которые не знали об этом?

— Да что ты?

Нет, точно я этого не знала, но подозрения, когда узнала подробности о похищенных, появились. Упоминание о трёх исчезнувших юных блондинках в свете последних открытых перед мной обстоятельств, закономерно вызвало любопытство. Вставал вопрос, если они из Исцеляющих, как клан мог не знать о таком?

Конечно, они могли знать и скрыть от меня информацию. И даже не буду гадать по каким причинам. Я слишком мало с ними знакома. Вернее, почти совсем не знакома. И продолжать знакомство нет никакого желания. Но что, если допустить мысль, они не знали о них? Как так?